Браумин и сам страстно желал встретиться с этой женщиной, ученицей Эвелина.

Подошел брат Делман и присел на корточки рядом с Роджером.

— Как далеко эти деревни от Палмариса? — спросил Браумин.

— Неделя пути, если без остановок, — ответил Роджер.

— И там мы встретимся с друзьями Джоджонаха? — вмешался в разговор Делман.

Роджер пожал плечами.

— Погода стоит хорошая, и они уже могли уйти к себе домой, в Тимберленд. Там есть такая деревня — Дундалис. — Он нарисовал на карте новую точку к северу от Кертинеллы.

— Еще неделя пути, да? — спросил Делман.

— По крайней мере, — ответил Роджер. — Дундалис примерно на таком же расстоянии к северу от Кертинеллы, как Палмарис к югу. Туда ведет единственная дорога, не очень хорошая, и я не знаю, насколько она безопасна.

— Раз Полуночник и Джилсепони должны прийти туда, значит, и мы туда же направимся, — объявил Браумин.

— Я не меньше вас хочу найти их, — заверил его Роджер, — но мы можем только предполагать, где они находятся. Им приходится скрываться от церкви. Они могут быть на севере, могут быть в Палмарисе. В одном я почти уверен: Смотритель вернулся на север. Кентавру, сами понимаете, на городских улицах спрятаться нелегко!

Браумин улыбнулся, но Делман начал нервно озираться по сторонам.

— Стоит ли так открыто говорить обо всем этом? — спросил он.

— Опасаешься, что у нас могут появиться «духовные» гости? — спросил Браумин.

— А что? Может, брат Фрэнсис все это сделал нарочно. Я имею в виду, свел нас с Роджером и вывел из Санта-Мер-Абель только для того, чтобы проследить за нами и таким образом найти друзей Эвелина.

При этих словах Роджер нахмурился, но Браумин по-прежнему выглядел спокойным.

— Я доверяю Фрэнсису… в этом вопросе, — сказал он. — Сам не знаю почему. Конечно, все его предыдущее поведение не вызывает доверия, но мне показалось, что на этот раз он был искренен.

— Что ему стоит притвориться, если он выполняет задание Маркворта, — возразил Делман.

— Сделать то, чего ты опасаешься, можно было, используя одного Роджера, — ответил Браумин, покачивая головой. — На самом деле это было бы даже проще. Ведь Роджер понятия не имеет о магических камнях, и ему даже в голову не пришло бы, что чей-то дух может следовать за ним по пятам. — На этот раз улыбнулся и Делман. — Что касается Фрэнсиса, то я верю его рассказу о том, что магистр Джоджонах простил его. Хорошо помню, что, когда солдаты тащили магистра на Коллегию аббатов, Фрэнсис как раз стоял у них на пути. Это очень похоже на нашего доброго Джоджонаха — простить Фрэнсиса. А раз так, зрелище смерти Джоджонаха наверняка потрясло Фрэнсиса. Может быть, даже перевернуло все его представления о мире.

— Я готов согласиться с первой частью твоих рассуждений, брат, — покачал головой недоверчивый Делман, — но вот выводы ты делаешь неправильные. Фрэнсис ненавидел магистра Джоджонаха. Во время путешествия к Аиде это бросалось в глаза. А тебя, по-моему, он ненавидит даже больше.

— Может, больше всех он ненавидит себя самого, — ответил Браумин, устремив взгляд во тьму.

Делман тяжело вздохнул. Он не разделял уверенности Браумина, но, по правде говоря, это не имело особого значения.