|
Император преподнес лучшие стихи Принцу Альтаиру и Принцессе Веге. Согласно легенде, влюбленные звезды могли встретиться только раз в году, именно в эту ночь. Император находился в дурном настроении, но даже не помышлял отменить Звездную церемонию. Перед ним на церемониальном подносе были разложены листья кадзи, рисовые сладости, лапша и писчие принадлежности. Слуги смешали чернила с росой, император аккуратным почерком написал стихи на каждом из семи листьев. Приближенные шепотом выразили свое восхищение. Император улыбнулся каждому и приказал готовить носилки. Звездный фестиваль широко праздновали в древней столице. Двор ежегодно отпускал все более значительные суммы из казны, чтобы в народе укоренилось почтение к традициям. Киото был расцвечен фонариками, дома украшены именно так, как это делалось пятьсот лет назад, в эпоху Эдо. Повсюду на ветру трепетали листочки бумаги со стихами. Император посетил нарядно одетых девочек, осмотрел их успехи в домашнем рукоделии, особо похвалил за искусное шитье. До обеда он побывал в трех школах каллиграфии и наградил трех лучших мальчиков, занявших первые места. Все происходило как обычно. Нарядные аристократы, сытые крестьяне, счастливые лица. Масляные фонари, богато украшенные повозки, быки и лошади в лентах и бубенцах. Никаких моторов, электрических ламп и радио. В дни Звездного фестиваля все вредные новшества в Киото были запрещены. Но едва носилки внесли во внешние ворота дворца, как император Солнце стер с лица улыбку. Не дожидаясь помощи, он спрыгнул с носилок, нетерпеливо отстранил слугу с опахалом, оттолкнул слугу с зонтиком и почти бегом вошел во дворец. В полутемной комнате его ждали двое мужчин с закрытыми лицами. Оба упали на колени, император позволил им сесть. – Что вы узнали? Говори ты первый. – Этот человек называет себя Ваном. Но так зовут каждого третьего китайца. Мы не выяснили, как он проник в Токио. Он назвался рядовым послушником. Но на самом деле он один из боевых наставников храма Девяти Сердец. Прежде его звали мастер Цзы. И возможно, он не один… – Вот как? – императору вдруг стало зябко. – Вы точно уверены, что он не посланец Гоминьдана? – Этого человека опознали двое. Сомнений быть не может. Его видели раньше в Китае. В запретном городе он притворялся дурачком либо уличным бойцом. Мастер Цзы совершил лишь одну ошибку – убил на арене четырех железных обезьян. После этого за ним стали следить. – Как я понимаю, убить его можно только издалека, а захватить в плен невозможно? – Мы попытались его достать. Но он находится под защитой «Асахи кэмикл». – Вот как? – император Солнце задумался. – И что же? Он проник в Токио, чтобы искалечить несколько игрушек? – Он сбежал из тюрьмы вместе с тем, кого мы ждем. Вместе с царем русских варваров. – Зачем? – Наши воздушные наблюдатели уверяют, что их видели вместе в логове падальщиц. – Эта мерзкая тварь Ай, она дала им пристанище? – Вряд ли мастер Цзы нуждался в пристанище. Скорее всего, крысиная императрица знала, кто он такой. Мой господин, это очевидно – он прибыл в Японию специально, чтобы оберегать своего послушника. – Послушника? Что ты такое говоришь? Как может царь варваров быть послушником китайского храма? – Ваше величество, это правда, – склонился второй осведомитель. – Нам точно известно, что русский по имени Артур Кузнец принимал обет послушания в храме Девяти Сердец. Как известно вашему величеству, у каждого послушника, живущего в миру, есть два тайных наставника. – Нет, я не знал об этом. – Нам тоже известно немногое. Послушник не знает своих тайных наставников в лицо. Наставники охраняют его, если чувствуют, что послушник в опасности и смерть его угрожает храму. |
