|
– У нас хорошо, поедем! Будешь жить, как царевна! – Я не могу выходить из дома. Двор сторожат. Нельзя выходить. – Но мы приведем корабль прямо сюда, он стоит в бухте. Нам наплевать на ваших тощих лучников, ничего они нам не сделают! – Нельзя приводить корабль в порт. Может случиться беда. – Портовые призраки? Не верю я в них, никого тут нет. – Господин должен быть осторожен. Мы живем на краю города, между рисовыми полями сегуна и колдунами Асахи. Здесь ничейная земля. Сюда приезжает много богатых людей и смелых воинов. Но чужие корабли не могут заходить в бухту. Русский засмеялся и опрокинул в себя одну за другой три чашечки саке. – Ты же японка? – спросил Николай, когда они очутились вдвоем в ее комнате. – Я видел много ваших. Ты слишком красивая для японки. Как ты сумела так хорошо выучить русский? Камико тщательно вымыла гостя, затем разделась сама и сделала ему лучший массаж. Потом она занималась тем, для чего была рождена, стонала, кричала и принуждала мужчину совершать все новые и новые подвиги. Но так и не смогла ответить ему на смешные вопросы. – Поедем со мной? – повторил русский. Он лежал на спине, мокрый и уставший, а Камико натирала его божественные члены нектаром силы. Она и сама выпила чашку теплого нектара. – Я украду тебя! Я знаю, ваш Токио считается проклятым местом, здесь опасно… – Если господин меня украдет, случится беда. Мамаша Фуми пошлет за нами железных обезьян. – Уедем, что тебе здесь делать? – настаивал Николай. – У меня много золота, я держу два корабля, лавку в Хабаровске и лавку у китайцев. Я выкуплю тебя… сколько ты стоишь?.. Камико ублажила его еще раз, всеми способами, известными со времен древних империй. Она чувствовала себя абсолютно счастливой, но не могла сказать ему «да». – К вам сюда трудно попасть, – пожаловался торговец, когда девушка снова усадила его в цветочную ванну. – Про ваши постоялые дворы многие слышали, но никто не берется проводить. Я отдал пять золотых йен, это очень много. За эти деньги в Хабаровске я могу купить трех женщин! Почему вас так охраняют? Почему нас привезли сюда в закрытой карете? – Кажется, идет война, – Камико нахмурилась. Она не очень-то хотела рассуждать на всякие неприятные темы. Гораздо приятнее было думать о том, кто из мужчин будет следующим. Ей стало интересно, окажется ли второй русский таким же сильным и проворным, как этот. И будут ли у него такие же восхитительные шрамы, которые так приятно ласкать ртом… Но ласк второго русского изведать не пришлось. 23 Правило теплой крови Снизу раздались крики и свист, что-то загрохотало по крыше, во дворе ударили в гонг. Николай подскочил на месте, как лягушка, схватился за одежду, выругался так сложно, что Камико не поняла. Его вмиг не стало. Девушка подбежала к окну, отодвинула штору и… едва успела пригнуться. О наружную решетку ударился горящий тряпичный мяч, пропитанный смолой. Через колья забора перелезали люди с черными лицами. Стражники мамаши Фуми подстрелили троих, но не могли сдержать натиск. Бой уже велся в доме. Камико накинула теплую куртку. – Потрошители! – завопили внизу. – Мамаша, спаси нас! Рухнула бамбуковая перегородка. Полуголый чиновник, который был с Азалией, отбивался сразу от троих налетчиков. Но силы оказались слишком неравны. Одного разбойника японец оглушил ударом в висок, но другой ударил его в спину ножом. Еще двое потрошителей спрыгнули через дыру в крыше и накинулись на Азалию. Та защищалась веером. Ей удалось проткнуть одному из нападавших глаз, другому девушка ударила в пах и кинулась в коридор. |
