Loading...
Изменить размер шрифта - +
Если и раньше общение с Рэйланом было малоприятным занятием, то в последнее время он стал просто невыносим. Даже добрую, любящую Пэт довел до слез, и она пригрозила, что отшлепает его как непослушного ребенка. Режиссер не раз давал обещание кастрировать его или засудить, и в ответ получал аналогичные угрозы.

Рэйлан требовал совершенства от себя и от всех, кто участвовал в съемках. И поскольку актер любил женщину, которая даже видеть его не хотела, работа с ним превращалась в настоящую пытку.

Но теперь, когда весь материал был отснят и разрешение на рекомендации при монтаже лежало у него в кармане, Норт мог целиком посвятить себя завоеванию сердца неприступной вдовы.

Сквозь узкие щелочки прикрытых глаз Рэйлан видел, как она осторожно ткнула пальцем сценарий, будто это – хищное животное, притворившееся мертвым, чтобы усыпить ее бдительность. В конце концов Кирстен перевернула брошюру обложкой вверх и перелистала страницы до последней сцены. Даже с дивана ему был заметен блеск ее наворачивающихся слез. Когда Кирстен украдкой взглянула на него, Рэйлан и пальцем не пошевелил и притворился, будто этот полный любви взгляд остался незамеченным.

Она читала последнюю страницу, закусив губу и прижимая руку к сердцу.

 

Стоп-кадр. Конец. Титры.

 

– Иди ко мне, Кирстен, – сказал он Охрипшим голосом.

Она подошла к дивану и села рядом.

– После долгих споров я убедил сценариста, режиссера, продюсера и вообще всю съемочную группу оставить финал открытым, вместо того чтобы заканчивать фильм тяжелой трагической сценой. Никто точно не знает, что происходило в душе у Рамма в тот день. Даже ты, моя милая.

– Ты не…

– А ты и в самом деле думала, что я собираюсь рассказать миру вашу с Демоном тайну?

– Просто я была не уверена.

Он положил руку ей на колено и слегка сжал его.

– Зачем бы я стал причинять тебе эту боль?

– Такая уж у тебя профессия. Ты стремишься к целостности образа, никогда не идешь на компромисс.

– Я ни за что не сделал бы тебе больно ради какого-то там фильма. Я люблю тебя больше, чем любую роль, славу, удачу или что-то еще.

– Рэйлан! – Закрыв лицо руками, она говорила сквозь пальцы. – Я была так упряма, так жестока к тебе, потому что ты слишком проницательный. Я хотела тебя очень сильно. Каждый раз, когда ты дотрагивался до меня, я вся начинала дрожать как в лихорадке.

– Я не понимал, что это было – желание или отвращение.

– Это страх. Я боялась, что ты разгадаешь мою тайну, тем или иным образом почувствуешь, как бедна была моя жизнь. Чем глубже становились твои чувства, тем сильнее я боялась, что ты узнаешь правду. А я должна была защитить Чарли. Ведь это по-честному, разве не так?

Он нежно прикоснулся к ее щеке.

– То, что ты любила его так сильно, вызывает во мне ревность. Но меня восхищает в тебе эта преданность. Ведь половое бессилие Чарльза Рамма могло бы быть потрясающей сенсацией, и книга принесла бы тебе гораздо больше денег.

– Я не знаю, как закончить ее.

– Хочешь совет? Пусть ее конец будет примерно таким, как в фильме.

– Но люди хотят знать, было это самоубийство или нет.

– Почему ты считаешь себя обязанной давать ответ, в правдивости которого не уверена? Пусть читатели сами делают выводы. Концовка фильма оставляет простор для размышлений. Никто не знает о его половом бессилии, кроме тебя и меня. Более того, импотенция ничуть не умаляет ни его достоинств, ни значения того, что он делал. Он старался жить так, чтобы не обмануть ничьих ожиданий. Единственный человек на свете, которому он причинил боль, это ты. – Рэйлан взял в ладони ее лицо.

Быстрый переход