— Путешествовал. Спасибо за приглашение.

— Слушай-ка. Ты же без костюма?

— Как без костюма.

— В приглашении ясно сказано: явитесь теми, кем не являетесь.

Бо улыбнулся, развел руки приветственно, точно Иисус, и произнес:

— Та-даа.

— Ах, ты!

— А где же Сэм? — спросил Бо. — Ей бы здесь понравилось.

— О господи, — воскликнула Роузи. — Бо. Ты же не слышал. Она звонила ему и звонила — рассказать, что произошло, спросить совета, — и все же побаивалась, словно он, как та судья, обладал правом попрекнуть ее или признать виноватой. Теперь, увидев его, она поняла, что это не так, и выложила ему все — здесь, в толпе, под грохот и вопли ансамбля, сотрясавшие прокуренный воздух. — Где она теперь? — спросил Бо.

— У Майка.

— Где Майк?

— Говорит, что живет то там, то здесь, переезжает. Думаю, что здесь он совсем не живет, но не сознается в этом. Еще сказал, что ему нужно будет зачем-то съездить в Индиану.

Бо отвернулся, и Роузи встревожилась, увидев на его лице глубокую задумчивость, словно он хотел вспомнить или провидеть что-то.

— Что, Бо, что такое?

— Думаю, тебе надо выяснить, где она находится, — сказал он. — И не позволяй везти ее в Индиану.

— Он сказал, ненадолго.

Бо покачал головой.

— Дело не только в ней, — сказал он. — Все это очень важно.

Роузи словно упала с высоты и ударилась оземь — дышать она не могла.

— У нее с собой лекарство, — бормотала она. — Он… Он ей вреда не причинит.

— Он ее очень любит, — ответил Бо. — Это верно. Это должно охранить ее. Но те люди, среди которых она сейчас… Они верят, всерьез верят, в свою неуязвимость.

Роузи вспомнила слова Майка: «Думаешь, я позволю причинить ей вред?»

— Мой адвокат советует не расстраиваться, — сказала она. — Он говорит, что просто нужно время. Он старается вернуть ее. Изо всех сил.

Бо выслушал, кивая. Потом сказал:

— Мой совет — не позволяй ему везти ее туда. — Он положил руку на плечо твидового пиджака Бони. — Тебе эта идея вообще нравится?

— Нет. Нет.

— Нет. Мне тоже. — Он вновь улыбнулся. — Ты же не поедешь в Индиану, если не сможешь оттуда выбраться. Так ведь?

— Но как… — начала Роузи. — Еще поговорим, — сказал Бо. — Нам помогут. Мы сделаем все, что нужно. Мне надо подумать. — Он легонько обнял ее и добавил: — И тебе тоже.

Она смотрела, как он уходит, и слышала, как обязанности уже кличут ее.

«Дело не только в ней». Роузи попыталась вызвать в памяти видение Сэм среди детей, но не смогла; ей вспомнилась только чужая девочка с бумажными крылышками за спиной и мишурой в волосах.

Бо Брахман уселся рядом с Пирсом, подальше от «Орфиков».

— Ну, как там переделка мира? — спросил он. Рукой он обвел пирушку, преображенных людей и сказочных животных и похлопал Пирсову голову по шерстистому загривку. — Движется?

Пирс не мог понять, о чем это Бо, и глупо уставился на него. Роз увлекли более неутомимые танцоры, а выпивка кончилась.

— Переделка мира. Помнишь, мы с тобой говорили? Как получать необходимое или желанное. Тренировки на снах.

Пирс вспомнил ту ночь великого ветра, ту ночь, когда все это началось, — ведь именно тогда?…

— Ага, — сказал он.