– Извините, господин министр. Комиссара Лебеля к телефону. Звонят из Лондона, – чувствуя враждебность сидящих за столом, он добавил, выгораживая себя: – Говорят, что срочно…

Лебель поднялся:

– С вашего разрешения, господа?

Он вернулся через пять минут, встреченный той же холодностью. Очевидно, перебранка относительно дальнейших действий продолжалась и в его отсутствие. Его приход прервал желчный монолог полковника Сен‑Клера. Маленький комиссар держал в руке конверт с несколькими строчками, нацарапанными на обороте.

– Я думаю, господа, у нас есть имя человека, которого мы ищем, – объявил он.

Совещание завершилось через полчаса в атмосфере всеобщей эйфории. Когда Лебель доложил о том, что сказал ему Томас, дружный вздох облегчения пронесся по кабинету. Они знали, что теперь дело найдется каждому. За полчаса они пришли к выводу, что смогут, не привлекая внимания газет, в обстановке полной секретности, прочесать Францию в поисках человека, которого зовут Чарльз Колтроп, найти его и, при необходимости, уничтожить.

Описание внешности Колтропа обещали прислать утром, но за ночь Рансеман Женере могло проверить свои архивы и найти въездную карточку этого человека, а также карточки его регистрации в отелях по всей территории Франции. Префектура полиции параллельно выяснила бы, не остановился ли он в одном из отелей Парижа.

ДСТ могло снабдить именем и приметами Колтропа все контрольно‑пропускные пограничные пункты страны, с инструкциями о немедленном задержании этого человека.

Нет особой беды и в том случае, если он еще не приехал во Францию. Его будут ждать, чтобы сразу же арестовать.

* * *

– Гнусный тип, этот Колтроп, но можно считать, что он у нас в кармане, – похвалился полковник Рауль Сен‑Клер де Вийобон своей любовнице, лежа в постели.

Часы на каминной полке уже пробили двенадцать раз, когда Жаклин наконец‑то выжала из него долгожданный оргазм и полковник крепко заснул. Наступило 14 августа.

* * *

После разговора с Парижем суперинтендант Томас вновь собрал шестерых инспекторов, чтобы перегруппировать свои силы. Совещание продолжалось час. Один инспектор получил задание проверить юные годы Колтропа, кто его родители, живы ли они, воспитывался он в семье или приюте, в какую ходил школу, как стрелял в организации по вневойсковой военной подготовке, чем выделялся среди сверстников.

Второму поручили выяснить, что он делал после школы, как отслужил в армии, опять же как стрелял, где работал после демобилизации до того, как поступил в фирму по производству оружия, откуда его уволили, заподозрив в двойной игре.

Третий и четвертый детективы сосредоточили свое внимание на двух последних годах жизни Колтропа, после увольнения в октябре 1961 года. Где он бывал, с кем виделся, на что жил, из каких источников получал деньги. У него не было трений с полицией, и соответственно у полиции не было отпечатков его пальцев, поэтому Томас хотел, чтобы они постарались найти более позднюю фотографию Колтропа, чем та, что прилагалась к заявлению на выдачу паспорта.

Перед двумя последними детективами была поставлена задача отыскать Колтропа. Произвести обыск квартиры, выяснить, где он купил машину, когда получил права. Узнать все выходные данные автомобиля: модель, год выпуска, цвет, номерной знак. Найти гараж, где машина готовилась к поездке. Проверить регистрационные книги всех паромов, связаться со всеми авиакомпаниями и убедиться, что он не улетел на самолете.

Все шестеро записывали каждое относящееся к ним слово суперинтенданта. Когда он закончил, они поднялись и один за другим вышли из кабинета. В коридоре двое последних переглянулись.

– Ничего себе проверочка, – заметил один.

– Самое забавное состоит в том, – ответил второй, – что старик так и не сказал нам, в чем дело.