Легкий ветерок пронесся сколь листву, принеся с собой незнакомые ароматы. Рен Зел сделал еще один глубокий вдох и выпрямился, на прощание потрепав кота по шее под подбородком.

— Ну, разреши мне пройти по этому саду. Я… очень давно… не бывал в садах.

Он неспешно двинулся вперед, шурша сапогами по траве. На его губах заиграла улыбка, когда его рукав задел лист туманного ночного цветка и растревожил запах, такой же резкий и приятный, как запах корицы. Именно такое сокровище можно было бы найти в саду, который содержал тот Дом, в котором он родился — за многие годы и миры отсюда.

Прямо впереди поросшая травой дорожка, по которой он шел, закончилась роскошной полосой зелени, но прежде чем туда попасть, наталкиваешься на корни — а потом и на ствол монументального дерева.

Рен Зел прошел по пронизанной корнями земле. Опустив взгляд, чтобы не оступиться, он увидел, что кот по-прежнему сопровождает его, бесшумно скользя по неровной поверхности.

Дойдя до самого дерева, Рен Зел уперся ладонью в удивительно теплый ствол и задрал голову вверх.

У себя над головой он увидел тени — возможно, силуэты листьев и веток. Они совершенно заслонили собой звезды и яркое серебристое небо. Он безрезультатно щурился, вглядываясь в тени: детали разобрать было невозможно, хотя он составил очень яркое впечатление силы… древности… и… теплого расположения.

С высоких ветвей донесся какой-то звук, словно что-то отвалилось и начало быстро падать к земле. Реакция пилота отбросила Рен Зела на полдюжины шагов назад, что оказалось очень кстати — иначе стремительно рухнувший предмет попал бы ему прямо в голову.

А теперь он шлепнулся в темную траву, где на него тут же набросился кот. Он крепко уперся в добычу обеими передними лапами и посмотрел на Рен Зела с явным вызовом, словно говоря: «Ну что? Я его для тебя поймал, Господин Трусишка. Неужели у тебя даже не хватит храбрости посмотреть, что это?»

Рен Зел шагнул вперед и наклонился — не без опаски, вспоминая, какие шутки выкидывали древесные лягушки в саду его юности. Кот отступил назад, высоко задрав хвост, и небрежно ударил предмет лапкой, чтобы ему легче было найти его взглядом.

Это была не древесная лягушка. Чуть хмурясь, Рен Зел нагнулся еще ниже и поднял то, что оказалось орехом — двумя орехами, соединенными маленькой веточкой. Он перевел взгляд на кота, который чопорно уселся, обвив хвостом лапки и пристально глядя Рен Зелу в лицо.

— Твое дерево в меня кидается, да? Мне следует понять, что я тут не имею права находиться?

Одна лапка стремительно поднялась, легко скользнула по усам — и кот зашагал прочь, подняв хвост вверх. Рен Зел повел плечами, хотел было выбросить орехи, но потом не стал: они лежали у него на ладони уютно и тепло, и ему пришло в голову, что позже они ему понадобятся.

Пройдя через половину поляны, кот прекратил свое целенаправленное передвижение и оглянулся. У Рен Зела снова появилось ясное ощущение того, что если бы это животное могло говорить, оно сейчас резко бы высказалось в адрес Господина Трусишки Копуши и потребовало бы, чтобы он поторапливался.

Повинуясь столь ласковому призыву, Рен Зел шагнул вперед. Кот секунду наблюдал за ним, а потом, видимо, убедившись в том, что его будут слушаться, пошел впереди.

Обломки того, что было кораблем, падали с неба, кувыркаясь на лету.

Мири, приподнявшись в укрытии, куда сама не помнила, как попала, смотрела на их падение и осторожно, готовясь отпрянуть при первом же холодном ударе пустоты, протянула свою мысль туда, где следовало находиться его узору.

Он был — там. В это мгновение он был на чем-то сосредоточен, но в нем не было заметно тех признаков затухания, которые она видела, когда он умирал в икстранском истребителе.