Выпрямившись, он продолжил уже более обычным (для него) голосом:

— Искусство ваших детей, моей родни, имеет сильные корни. Гораздо более сильные, чем я подозревал. Их имена уже произносят Старейшины — и ваши имена тоже. Моя просьба заключалась в том, чтобы Старейшины проявили беспрецедентную поспешность и встретились с вами немедленно в человеческом смысле этого слова. Мне сообщили, что внешнее помещение будет открыто, как только мы прибудем, и что я могу сразу же провести вас туда. Старейшины торопятся — право, это небывалое произведение искусства! Я думаю, что они увидят вас очень быстро.

Наступило молчание, которому Даав позволил затянуться.

«Старейшины нас примут! — выдохнула Эллиана так, чтобы ее слышал он один. — Ванчела, ты можешь себе такое представить?»

«Могу, — ответил он ей так же безмолвно. — И это очень меня тревожит. Не забудь, что я очень хорошо знаю Дерево — и знаю, во что нам обошелся договор Джелы…»

Перед ними Точильщик чуть наклонился, словно выходя из глубокой задумчивости.

— Было бы приятно, если бы вы прошли со мной в парк с водопадом. Там мы могли бы насладиться легкой трапезой и часом разговора.

— Это звучит неплохо, — согласился Даав. — Нельзя ли мне узнать расписание корабля — и ваше собственное? Если нам несколько недель предстоит путешествовать с вами…

Точильщик моргнул огромными желтыми глазами — сначала одним, потом — вторым.

— Я вижу, что вы изучали действие наших кораблей на низкой тяге, — сказал он. — Для задачи столь важной и срочной я воспользовался более высокой тягой. — Он повернулся по широкой дуге и жестом пригласил их идти с ним. — Мы войдем в атмосферу моей планеты вскоре после вашего следующего периода сна. Вы будете во внешнем помещении ожидать разрешения Старейшин на вход, через шестнадцать стандартных часов.

Литаксин

Дом Клана Эроб

— Что еще? — спросила Мири у Вал Кона, когда кончилось последнее позднее совещание и они вдвоем сидели в гостиной своих апартаментов.

Он повернулся от подноса с винами, держа в руках бутылку и рюмку, и круто выгнул бровь.

— Мы привели в действие то, что можно было привести в действие. Остается только разгромить Департамент, победить командира и реабилитировать агентов.

— Раз плюнуть. — Она двинулась через комнату к нему. — А агентов можно реабилитировать?

— Целители определят, — тихо ответил он, наливая вино. — Если я сумел победить программу, то, возможно, другие тоже смогут.

— Или не смогут.

Она приняла протянутую рюмку и стала понемногу пить вино, устремив невидящий взгляд в пространство и мысленно просматривая планы, которые они составили. Исход, решила она, предсказать трудно.

Мягко говоря.

— А ребятня? — спросила она, поскольку эту деталь они не обсудили.

Вал Кон поднял рюмку. Кольцо Корвала блеснуло на его руке — чуть аляповатое и с дефектами.

— Ты не считаешь, что нам следует отправить «Долг» к детям? Шан и Присцилла справятся, а корабль теперь оснащен, как военный.

Она нахмурилась, взвешивая все.

— Это привлечет внимание…

Зазвенел сигнал комма. Качая головой, она подошла к нему и нажала кнопку соединения.

— Робертсон.

— Кузина, это Кол Вус. Тут некто спрашивает вас и вашего спутника жизни. Он ждет вас в официальной гостиной.

Мири чуть нахмурила брови.

— Благодарю вас, кузен, — ответила она, легко переходя на высокий лиадийский. — У нашего гостя есть имя?

— Он назвался Гриншоу Портером.