— Но это тебя не успокаивает. — Она посмотрела на него, хмуря брови. — На самом деле ты даже чувствуешь себя хуже.

Он встретился с ее взглядом.

— Я бы добровольно не отдал Департаменту даже моего злейшего врага, а не то что родича. — Он вздохнул. — Даже родича, которого я почти не знаю.

Она моргнула, снова повернулась к экрану и, чуть наклонившись, начала манипулировать клавишами, возвращаясь к последней записи о контакте Натезы со своим офисом.

— Она ничего не говорит о том, что он с ней, — пробормотала она. — Черт, она даже не говорит, почему вообще в это встряла.

— Помощь и поддержка, — отозвался Вал Кон, устремив взгляд на экран, но мысленно видя Пат Рина таким, каким видел много лет назад: грациозное и уверенное создание с острой иронией и ленивой манерой, которую он мог напустить на себя или сбросить в мгновение ока.

Уязвимый. Такой уязвимый, если он попал в руки Департамента. Который почти наверняка переделает его в бомбу.

— Что? — Мири встревоженно повернулась к нему, округлив глаза. — Что случилось?

Он вздохнул, пытаясь мыслить спокойно, справиться со своим ужасом, поставить себя на место командира, поклявшегося довести план Департамента до логического завершения. Каковой план включал в себя уничтожение Клана Корвал.

— Мири…

— Молчи — кажется, я все прочитала.

Она закрыла глаза, и Вал Кон мысленно увидел стремительную смену красок — красный-желтый-оранжевый-зеленый-голубой-синий-фиолетовый, — за которой пришло теплое чувство спокойствия.

— Ладно. Значит, Департамент мог заполучить Пат Рина — либо в той заварушке, либо вскоре после нее. А судья могла пуститься в бега, спасая свою шкуру, поскольку она кто угодно, только не дура. А если Департамент заполучил Пат Рина, то они будут его переделывать.

Она закусила губу.

— Сколько на это уходит?

Он повел плечами, резко встал и прошелся по комнате.

— Вечность.

У окна он остановился и стал смотреть в ночной сад Клана Эроб. Молчание у него за спиной было почти материальным. Он вздохнул.

— Прости меня, шатрез. Длительность этого процесса во многом зависит от внутренних резервов кандидата. Если Департамент держал у себя Пат Рина почти две релюммы, то они уже давно завершили эту работу. Особенно поскольку они стали бы создавать не агента перемен, а нечто гораздо более простое.

— Быстрый вариант. Поняла. Но мы предупреждены.

— Не все, — отозвался он, поворачиваясь от окна. — Приемный отец Пат Рина и его родная мать по «Плану Б» несут обязанность защищать детей клана. Я не думаю, чтобы они оба отказались впустить его в свой безопасный периметр. — Он поднял руку и откинул упавшие на глаза волосы. — Джелаза Казон тоже его впустит. Антора, возможно, поймет, что что-то не так, но она может не успеть понять это достаточно быстро, чтобы помешать ему ее убить.

— Ладно. — Мири встала и подняла ладони в жесте примирения. — Все это из области «может быть». Мы не знаем, где сейчас Пат Рин. Может, он уютно устроился на какой-нибудь захолустной планете и дожидается отбоя.

— Верно. Хотя такое «может быть» не говорит нам, почему убежала судья сектора.

— Могла взять любовника. Могла захотеть отдохнуть. Могла напиться, упасть и сломать себе шею. У нас нет уверенности в том, что она скрывается из-за той истории на складе. Мы даже не уверены в том, что она вообще скрывается.

— Но мы не уверены и в том, что она этого не делает.

Молчание.

— Еще одно «может быть», — медленно проговорил Вал Кон — и, боги, если это так…

— Говори.