По правде говоря, Пат Рин впервые оказался в таком одиночестве. В отличие от своих более молодых кузенов он ни разу не совершал одиночного полета, и хотя он нередко путешествовал один, в его жизни ни разу не было такого момента, когда на расстоянии секунды-другой от него не находился бы какой-то человек. Даже в космосе с ним всегда находился пилот, на превосходные навыки которого можно было положиться.

Сейчас ближе всех к нему находилась пилот, с которой он едва был знаком — Дости. Она тоже осталась одна в корабле, и от нее его отделяло примерно две дюжины стандартных минут. Натеза — одна в своем корабле — находилась приблизительно в трех дюжинах стандартных минут, тогда как Чивер Мак-Фарланд, Летун Шагг и ночной начальник порта занимались проверкой и отбором последних кораблей его будущего флота, аккуратно закрепленных в четырех дюжинах минут от него.

Чтобы чем-то себя занять, Пат Рин сел за пульт второго пилота и начал неуверенно исследовать систему Шерцера с помощью приборов и экранов. Перед ним громоздился Шерцер-2. На один экран дальнего вида было выведено скопление кораблей, дожидавшихся проверки, а также семнадцать остальных корабельных хранилищ — некоторые из них были скорее складами запасных частей — на краю планетного диска. За ними открывался вид на многоцветное кольцо планеты. «Награда фортуны» вращалась вместе со всеми этими кораблями в точке Лагранжа Шерцера-2.

Для свалки место было выбрано великолепное, и Пат Рин залюбовался переливами цветов внутреннего кольца, красками штормов, проносящихся по поверхности планеты, прекрасным узором вспышек молний…

— Босс?

Голос Чивера Мак-Фарланда гулко разнесся по тихому кораблю, и Пат Рин, вздрогнув, вышел из задумчивости.

— Да? — резко откликнулся он.

Ответ пришел не сразу — и задержка была большей, чем та, что определялась бы сравнительно небольшим расстоянием между кораблями.

— Гм… угу, — произнес наконец пилот Мак-Фарланд, — извините за беспокойство. Короче, у нас возникла проблема — проблема, по которой требуется принять решение, если вы понимаете, о чем я?

Пат Рин тряхнул головой: это была привычка, которую его мать так осуждала в его кузенах и которой он сам наконец поддался на Пустоши.

— Пилот, этот план обрек меня на «проблемы, по которым требуется принять решение», — отозвался он, усилием воли заставив себя говорить непринужденно. — Если вы сможете объяснить мне проблему в нетехнических терминах, то я ее выслушаю и постараюсь внести в ее решение посильный вклад.

Он снова тряхнул головой. Решения. Сначала надо было решить, который из складов будет наиболее многообещающим, затем, спустя почти два дня — решить оставить его ради потенциально более… полезного… варианта.

Первый выбранный ими склад включал в себя смешанный набор кораблей, все из которых находились в рабочем состоянии, но имели проблемы, начиная от отсутствия скафандров и кончая тем, что топливопроводы двигателей слишком устарели и не могли надежно работать. В документах было помечено, что они предлагались для продажи и ждали инспекции возможного покупателя… пятнадцать стандартных лет тому назад. Видимо, от них отказались — и по вполне понятным причинам.

Потенциально более полезным вариантом оказалось соединение кораблей странной конструкции и с еще более странным внутренним оформлением. Поначалу им пренебрегли потому, что они были оставлены между непонятными остатками двух космических станций. При более внимательном рассмотрении они оказались кораблями для разработки астероидов. Одна половина каждого корабля была окрашена в густо-черный цвет, а вторая — в такой ярко-белый, что казалась почти серебряной. И на каждой стороне — белым по черному и зеленым по белому — были аляповатые изображения, гербы с Деревом и Драконом, такие большие, что их легко было заметить даже раньше, чем становилась видна истинная форма кораблей.