Она посмотрела в дверной проем.

— Давай, я перенесу тебя через опасную зону.

— Ой, нет, не надо.

— Не упрямься. — Присев, он одной рукой обхватил ее за плечи, а другой под колени.

Она напряглась.

— Поставь меня.

— Я могу тебя поставить, но, если ты наступишь на гвоздь, быть беде.

— Гвоздь?

— Это же стройка.

Она с подозрением взглянула на пол. Затем ее руки обняли его за шею.

— О, ну, в таком случае хорошо.

Его шаги эхом отдавались в пустом зале.

Спустя мгновение Кэндис расслабилась и обмякла. Ее пальцы ритмично касались его затылка, а мягкая попка прижималась к животу. Тепло ее кожи сквозь тонкие чулки горячило ему кончики пальцев.

— Можно мне отпустить шутку про резвого коня? — спросила она.

Он резко втянул воздух и напрягся, пытаясь не смотреть на кремовую кожу над лифом платья.

— Нет, если не хочешь снова раскрыться.

Ее зеленые глаза округлились, и неожиданный румянец заиграл на щеках.

Ага. Ее ахиллесова пята. Если почаще делать сексуальные намеки, это заставит ее прикусить язычок.

Надо запомнить.

Прижимаясь к широкой груди Дерека, Кэндис чувствовала себя так, будто погрузилась в запретную фантазию. Да и какой женщине не любопытно было бы узнать, каковы эти скульптурные мускулы на ощупь?

Теперь она знала.

Живая сталь, теплая и твердая.

Закрыв глаза, она уступила соблазну и глубоко вдохнула. Возможно, Дерек напыщенный и властный, но при этом он также неприлично, греховно сексуален. Ее кожу покалывало под его пальцами. Тело размякло, а напряжение сменилось желанием.

Слишком скоро он поставил ее на кафельный пол. Когда он убрал руку с ее поясницы, какое-то напряжение снова возникло между ними, сделав ее ноги ватными. На долю секунды перехватило дыхание. Но затем он моргнул, и выражение его лица стало непроницаемым.

Резко повернувшись, Дерек подошел к большому холодильнику, схватился за ручку и дернул на себя. Тяжелая дверь со стоном открылась, и он, щелкнув выключателем, шагнул внутрь.

Кэндис протопала следом чуть медленнее, отгоняя от себя тревожащие ощущения. Конечно, нет ничего страшного в мимолетной фантазии, но ведь это же Дерек. Дерек.

Он представляет собой именно то, против чего мама ее предостерегала, — акулу бизнеса, которая существует лишь для того, чтобы делать деньги и завоевывать власть. Таких, как она, он ест на завтрак.

— Так, оценим наш ассортимент, — послышался изнутри его голос. — Филе миньон, седло барашка, ребра, лосось…

Она потерла плечи и подогнула пальцы ног на холодном полу, оглядывая полки с продуктами вдоль стен морозильника.

— Ты знаешь, как все это готовить?

— Конечно, а ты разве нет?

То, что Кэндис росла в доме, где есть повар и экономка, оставило некоторые весьма существенные пробелы в ее воспитании. Она была неважной хозяйкой.

— Я хорошо управляюсь с микроволновкой.

Дерек неодобрительно нахмурился.

— Ты питаешься полуфабрикатами?

— Не всегда. — У нее застучали зубы. — Когда я навещаю родителей, Анна Ли упаковывает мне домашней еды с собой.

— Как трогательно. — Он снял с себя пиджак и набросил ей на плечи.

Она затрясла головой.

— Это лишнее.

Его руки твердо удерживали пиджак на ее плечах.

— Не глупи. — Он тяжело вздохнул. — Тебе обязательно быть такой упрямой?

— А тебе?

— Ты надеваешь мой пиджак, я готовлю тебе обед.