— Вас что-то заинтересовало? — осведомился Эдж, присев на кровать. Со скучающим видом он подобрал свою винтовку и положил ее себе на колени.

Рамон, который прислонился к шкафу, лениво ответил:

— Я ничего о кольце не знаю. Но мой дядя заволновался, прослышав о нем. Он попросил меня помочь. Только помочь, и больше ничего.

— Добыча показалась легкой, — ухмыльнулся Эдж.

— К сожалению, мои глаза уже далеко не те, — неожиданно проговорил Мануэль и протянул кольцо племяннику. — Рамон, что здесь за рисунок?

Молодой человек пересек комнату, взял кольцо и поднес его к свету. При виде столь явной безвкусицы, на его лице появилось разочарование.

— Обыкновенное медное хламье, — сказал он. — Безделушка, таких много.

— А рисунок? — спросил Мануэль, нервно облизывая губы.

— Змея, — ответил Рамон. — Рисунок слишком грубый, чтобы определить, какая именно. Может, жарарака, а может, гремучка.

Глаза старика вдруг засияли. Он тряхнул головой.

— Где вы взяли это кольцо, сеньор?

— Полагаю, это мое дело.

Ответ Мануэля не обескуражил.

— У мексиканца, моих, примерно, лет?

— Может быть.

Мануэль кивнул.

— Это очень старая история, сеньор. Одна шайка ограбила армейскую казну в Штатах. Большинство бандитов было убито, лишь трое добрались до Монтийо.

Рамон переводил взгляд с дяди на Эджа. Кольцо уже не казалось ему безделушкой.

— Я слышал уже нечто подобное, — ровно ответил Эдж.

— В Монтийо один из бандитов был убит, а двое схвачены. Денег так и не нашли. Арестованных отправили в тюрьму, и все потихоньку улеглось, потому что сроки они получили очень большие. Сейчас это стало легендой, обросшей романтическими подробностями. Якобы каждый из них имел такое кольцо, которое являлось ключом к тайнику с деньгами.

— Денег было много? — срывающимся голосом поинтересовался Рамон. Мануэль рванул ворот и тихо ответил: —Десять тысяч американских долларов. Оба мексиканца посмотрели на Эджа.

— Довольно точная цифра, — подтвердил тот. Рамон затаил дыхание, Мануэль шумно вздохнул. — Очень много денег, — сказал юноша. — Но недостаточно, чтобы делить на три части.

Винтовка в руках Эджа дрогнула, но по-прежнему смотрела в стену.

— Я человек не жадный, — спокойно проговорил он. — В это путешествие я отправился, потому что должен был вернуть две с половиной тысячи. И если сверх этой суммы мне достанется чуть больше восьмисот долларов, я буду доволен.

Мануэль кивнул и дернул племянника за рукав.

— Здесь не Мехико, — рассудительно проговорил он. Человек, имеющий в Монтийо три тысячи триста тридцать три доллара — очень богатый человек.

После недолгих размышлений, кивнул и Рамон. Но Эдж знал, что он притворяется.

— Мы еще не знаем, где деньги, — отрывисто сказал Эдж.

— Кольцо, — потребовал Мануэль, протянув руку. Рамон положил медяшку на ладонь дяди. — Что ты говорил о рисунке? — Змея… Мануэль думал, нахмурив брови.

Неожиданно его лицо прояснилось. — Может быть, ты слишком молод, чтобы развлекаться в южной части Монтийо, или наоборот, возмужал и не платишь за развлечения такого рода. Рамон тупо посмотрел на кольцо, и вдруг закричал: — Бордель! Ну, конечно же! «Эль серпента» змея! Эдж тихонько вздохнул.