Мир остановился. Исчезли все звуки, замерла на лету золотистая пуля жука-бронзовки, застыли в падении сухие кусочки коры… А дымное кольцо уже было не кольцом — воронкой, туманным водоворотом, проколотым острыми бликами света. И оттуда, из этой воронки, звучали слова: «Иди на запад. Иди на северо-запад».

— Кто ты? — хрипло спросил Хлюпик. «Я — это всё».

— О-о! — с благоговением прошептал Хлюпик. Он понял неожиданно, чей голос слышит. Сам Великий Табачный Дух Никоциант говорил с ним! Недаром была такая поговорка в племени: «Табак — это всё».

«Северо-запад. Останови наводнение».

— О… Остановить наводнение?!

«Да. Останови его. Возьми красную звёздочку».

И тут всё исчезло. Голова кружилась, во рту стоял густой никотиновый привкус. Язык жгло. Пережитое совершенно вытеснило горечь и обиду — он чувствовал себя пустым, словно кувшин, из которого разом вылили всю воду. Рассказать Пыхе, подумал юный смоукер, но тут же отверг эту мысль. Он знал, что ответит ему друг: «Ты обкурился, старик».

Затеял как-то раз Великий Маг Мардух эксперименты с климатом. Зачем ему это надо было? А кто ж его знает! Великий Маг потому и Великий, что замыслов его не понять простым смертным принципиально. Даже обычные волшебники — и те подчас такое выкинут! Взять хотя бы добрую фею Укусинду: вдруг ни с того ни с сего забросила она доброе волшебство, купила по дешёвке куртку-косуху с шипами да бляшками и… А впрочем, ладно: речь сейчас не о ней. Разумеется, волшебнику такого уровня приличествует большой масштаб. В отличие от древних колдунов Севера Мардух вовсе не был злым или жестоким: по прошествии некоторого времени он разослал гонцов к вождям всех близлежащих племён с вестью: мир изменяется, меняйтесь вместе с ним! Тех, кто согласился, обещал Мардух обучить жизни на озёрах да болотах; ну а отказавшиеся вольны были уйти, пока Великое Изменение не началось. Не всё пошло гладко: многие не верили в могущество Мардуха, кое-кто и вовсе о нём не слыхал и счёл гонцов подсыльными от соседей, покушающихся на их земли. А кое-кто поверил и стал готовиться к войне. Но много ли навоюешь против Великого Мага! Никто даже не знал, где он обитает. Шептались: мол, стоит далеко на юге, а может, на севере, высокая башня, но добраться до неё очень сложно. В общем, это скорее сказки, лесной фольклор, так сказать. Но затопление между тем началось: медленно и постепенно меняли направление реки, разливаясь в низинах; пробуждались подземные источники, подтачивая корни вековых деревьев, и на смену павшим гигантам приходили другие, поднявшиеся над водой на воздушных корнях. «Мангры» — назывались они. Мало-помалу расползались болота по Лесу; и те, кто ещё вчера смеялся над слухами, сегодня мог проснуться на клочке суши, окруженном со всех сторон водой.

Такое положение дел пришлось не по нраву многим; и вот несколько колдунов решили организовать движение сопротивления. Разумеется, поодиночке они не представляли для Мардуха никакой опасности, и даже объединённых их сил не хватало на то, чтобы обнаружить его местонахождение, не говоря уж о том, чтобы бросить вызов. Но, как и все волшебники, они были полны решимости попортить своему коллеге кровь, чем и занимались по мере сил и возможностей.

— Значит, мы опять на пороге магической войны. Только этого нам не хватало, — проворчал Большой Папа.

— Да нет, какая там война, — возразил Куки. — Те, кто противостоит Мардуху, — ребята несерьёзные, по крайней мере по сравнению с ним.