Полноценным космическим кораблем он не мог считаться только по двум причинам: у него не было аппаратуры выхода в подпространство и он не имел мощного вооружения. Летать на нём можно было не то что до Нептуна, а даже до ближайших звёзд, да, только кому захочется тащиться сквозь космос столько времени? Поэтому, поднявшись в стратосферу не спеша, Лулу, которому Вилли передал управление челноком, добрался до Англии ровно через три минуты и встал замертво в указанной ему точке пространства. Ровно в семидесяти пяти километрах от острова и как раз точнёхонько над целым соединением военных кораблей, сосредоточенно крутившихся неподалёку от трёх здоровенных нефтедобывающих платформ.

Похоже, внизу проходили учения флота. На вогнутой передней панели им была хорошо видна вся картина морских маневров. Они прилетели ещё до заката и видели теперь, как с двух авианосцев, окруженных чуть ли не полусотней судов, то и дело взлетают реактивные "Хариеры", а вокруг платформ летают здоровенные вертолеты. Повернув голову к своему напарнику, Вилли недовольным голосом поинтересовался:

— Костя, ты что это, специально нас сюда притащил?

Тот обиделся и огрызнулся:

— Виля, ты точно сдурел. Ну, скажи, Бога ради, откуда мне было знать, что здесь стоят в море эти платформы, а вокруг них собралось такая прорва кораблей?

Делать было нечего и Вилли, включив систему оптической прозрачности, благо вечер был безоблачный, по широкой спирали повел челнок вниз на небольшой скорости. Через четверть часа они уже были на высоте десяти километров и вся эта карусель внизу так надоела им обоим, что когда они пролетали над большим самолетом разведчиком с грибом антенны на фюзеляже, Костя быстро дёрнулся вперёд и его руки суетливо зашевелились. Вилли поинтересовался на всякий случай:

— Сержант, ты чего это замандражировал?

Тот весело хохотнул и ответил:

— Да, так, капитан, написал маркером на этой ихней круглой штуковине: — "Тони Блэйр мудак".

— И на хрена это тебе было надо? — Спросил его Вилли и добавил — Тем более, что самолет-то американский.

Однако, Костю это не смутило и он сказал довольным и полным злорадства голосом:

— А пусть нос не задирают, козлы драные. Хрен им всем в грызло. Пускай теперь репу чешут, как у них на самолете появилась такая надпись, ведь я её не краской сделал, а вычеканил, можно сказать. То-то будет смеху, капитан, когда они будут гадать, как такое можно было сделать. И, главное, международный скандал из этого хрен сделаешь. Ты заметил, что ни одного нашего корабля даже поблизости нет, Виля?

Усмехнувшись, Вилли стремительно бросил челнок вниз и, пролетая над каким-то крейсером, ловко срубил силовым резаком самую большую радарную антенну, которая полетела в море и упала в воду, вздымая целый столб брызг. Врезавшись в воду на пару секунд раньше, он успел заметить, что на палубе корабля не было ни души. На то, что подумают об этом инциденте матросы английского крейсера и их командиры, ему было наплевать. Куда важнее для него сейчас было поскорее подобраться к острову, на котором сидели в тюрьме его родители.

Хотя под водой находилось целых пять подводных лодок и море вдоль и поперёк прослушивалось акустиками и просвечивалось сонарами, они добрались до островка Ландсдейл в каких-то двадцать минут и к тому же без малейших помех. За ними никто не бросился в погоню и никто не стал забрасывать их челнок глубинными бомбами. Поэтому, при подходе к острову, километрах в десяти от него, Вилли стремительным броском поднял челнок из воды и быстро взлетел на высоту в полтора километра. Лишь в течение каких-либо трёх-четырёх секунд его можно было видеть из-за брызг воды, но уже в следующее мгновение он вновь стал невидимым.

Прежде, чем выбрать маршрут подхода к тюрьме, он хотел облететь островок и осмотреться.