Развитие технологий все ускорило. Поначалу каждый желающий существовал благодаря оставленным повсюду многочисленным следам, которые приняли форму фотографий или комментариев, — следам, которые, как мы узнаем позже, никак не стереть. Доступные всем и каждому, интернет и социальные сети скоро сменят телевидение и расширят возможности. Показывать себя на улице, дома, со всех сторон. Жить напоказ или влачить существование. Понемногу реалити-шоу и сталкеры вторгнутся во многие сферы и будут диктовать правила, термины и способы повествования.

Да, вот тогда-то все и началось.

* * *

Когда мама обращалась к Мелани, обычно она начинала с местоимения «ты», избегая тем самым открыто выражать свои чувства, и тут же сопровождала его отрицательной частицей: «Ты никогда ничего не делаешь, ты не изменишься, ты меня не предупредила, ты не выгрузила посудомойку, ты же не пойдешь в этом на улицу». «Ты» и «не» никогда не разлучались. Когда Мелани, не особо отличившись на выпускных экзаменах, решила поступать на факультет английского языка, ее мать тут же сказала: «Ты же не думаешь, что мы будем десять лет оплачивать тебе учебу?» Получать образование, строить карьеру — это удел мальчиков (к большому сожалению мадам Кло, у нее не было сына), а девочки должны в первую очередь удачно выйти замуж. Мадам Кло посвятила жизнь воспитанию детей и не понимала, почему Мелани хотела уехать, — и в этом не было никакого снобизма. «Из кожи вон не вылезешь», — добавляла мадам Кло, в качестве исключения не употребляя здесь вечного «ты». Несмотря на все предостережения, летом, когда Мелани исполнилось восемнадцать, девушка собрала чемодан и переехала в Париж. Сначала она жила в Седьмом округе в так называемой комнате для прислуги — с умывальником и туалетом на лестничной клетке, — подрабатывая четыре вечера в неделю няней, а затем сняла крохотную студию в Пятнадцатом округе (нашла работу в туристическом агентстве, к тому же отец отправлял ей двести евро в месяц).

Мелани так и не смогла объяснить даже самой себе, как так получилось, что она бросила университет, чтобы работать на полную ставку в агентстве. Она списала все, как успехи, так и провалы, на некую предрешенность судьбы, к тому же не дождалась знака, что стоит продолжать учебу: конечно, она делала успехи, однако остальные студенты уже говорили без акцента и писали на безупречном английском. Когда они проходили Present Continuous, Мелани изо всех сил пыталась представить себе свое будущее, но ничего не получалось. Совсем ничего. А тут вдруг открылась вакансия, и директор агентства предложила Мелани занять место ассистента. От нее требовались административные навыки и опыт общения с клиентами, так что она согласилась. Время летело, Мелани чувствовала себя на своем месте. По вечерам она возвращалась в крохотную студию на улице Вьоле, которую оплачивала теперь сама, готовила незамысловатый ужин и не пропускала ни одного эпизода реалити-шоу: ее любимыми были «Остров искушений», пусть и слишком аморальный, на ее взгляд, а также романтичный «Холостяк». Выходные Мелани проводила с Джесс (подругой со времен коллежа, которая также переехала в Париж): они пили пиво в баре или водку с апельсиновым соком в ночном клубе.

Несколько лет спустя туристическое агентство, которое обеспечило Мелани работой, столкнулось с трудностями и оказалось на грани закрытия, не выдержав конкуренции с развивающимися интернет-ресурсами.

Однажды вечером Мелани прокручивала на специальном сайте объявления о наборе участников в телешоу (по правде говоря, за все время она ответила на множество объявлений, однако без толку) и увидела новое предложение.