— Прочь, — прорычал он.

Влажность собралась между моих ног от его приказа, и я вынула ноги из штанин.

Я была открыта, обнажена и более чем готова.

Ноздри Стикса раздулись, потом его пальцы погрузились в меня. Мои руки запутались в его волосах, и я вцепилась в спутанные темные пряди, уже чувствуя порхание бабочек в животе. Потом все случилось слишком быстро, он отстранился, только чтобы заполнить меня своим твердым достоинством до самого конца одним рывком.

Обернув мои ноги вокруг своей талии, Стикс прижал меня к стене. Никогда раньше мы не занимались любовью так — жестко, грубо, дико… так отчаянно.

— Моя, — Стикс застонал у моей шеи, глубоко, гортанно, по-собственнически.

Его деятельный рот ухватился за мою грудь, его зубы щипали и тянули мои соски.

— Ах! Стикс!

— Моя! — проворчал он, входя еще жестче, пальцы кружили по клитору, и мои лопатки вспыхнули от трения о стену. Никогда не чувствовала себя такой наполненной.

Руками, я крепко схватила Стикса за плечи, царапая и сминая его кожу. Это было слишком — огонь, пламя... давление — слишком много, и с финальным ударом, искры вспыхнули в моих глазах, удовольствие молнией пронзило мое тело — потрясая, вторгаясь, подавляя.

Хватка Стикса на моих бедрах стала почти болезненной, и он замер.

— МОЯ! — проревел он, распыляя тепло в мою матку, его горячее сладкое дыхание опаляло мою шею. Мои бедра дрожали от напряжения, и наши тела стали скользкими от пота.

Мы не произнесли ни слова, пока пытались восстановить свое дыхание.

Стикс уткнулся лицом в мою обнаженную грудь, его горячий язык облизывал и целовал ее, покрасневшие следы зубов украшали мой бледную кожу. Я провела пальцами по его волосам, глубокие звуки удовольствия забурлили в его горле.

— Моя... моя... моя... — бормотал он снова и снова, целуя ключицы, горло и, наконец, мои губы. Поцелуй был глубоким и многозначительным, но коротким. Стикс отступил, глядя мне в глаза, его член все еще подрагивал во мне.

— Я люблю тебя, — прошептала я, глядя ему в глаза.

— М-Мэй, — простонал он. — Ты ведь н-никуда не у-уйдешь. П-правда?

— Да, малыш, — заверила я его, проведя пальцем по его щеке.

— Моя, — он вздохнул с облегчением.

— Твоя.

Я захватила в ладони его жесткие, небритые щеки.

— Я не целовала его.

Стикс замер, и я видела, как гнев возвращается обратно на его суровое красивое лицо, его мускулистые плечи расправились.

— Стикс, я не целовала. Он был пьян, ему было грустно, и он действовал немного… непредсказуемо. Он мой друг... но он не ты.

— Он, бл*дь, никогда не вернется, — властно сказал Стикс. — Н-никто не трогает то, что принадлежит м-мне. Если ты не была бы там, я бы убил ублюдка.

— Понимаю, — сказала я, но облегчение не было полным.

Слезы заполнила глаза, и мое сердце буквально разбилось. Я буду скучать по своему другу, но Райдер и сам сказал, что не сможет и не будет, жить здесь, где мы со Стиксом вместе. А я бы не покинула Стикса. И как бы мне не было трудно, Райдеру необходимо пространство, а Стикс нуждался во мне.

Я молилась Богу, чтобы Райдер нашел свой путь.

Глава 21

Мэй

— Ребята, вы идете? Пожалуйста, — ныла Красотка.

Стикс обвил своими сильными руками мои плечи, ладони были свободны для жестикулирования.

«Я упрятал нас под замок. Останемся одни. Никаких долбаных помех. Никаких гребаных драм. Я хочу побыть с моей женщиной».

— Красотка! Оставь их на хрен в покое! — Крикнул Тэнк, схватив Красотку за руку и дернув к себе.