- Не пытайся казаться более испорченным, чем ты есть. К тому же она не для таких, как ты, малыш. Такая выжмет тебя как мокрую тряпку и повесит сушиться. Мэтт?

- Да?

- Тебя ведь мучает любопытство, правда? Можешь задавать свой проклятый вопрос. Я пожал плечами.

- Раз настаиваешь! Что у тебя общего с наркотиками? Или что было общего? По-моему, все это осталось в прошлом. - Она помедлила с ответом, и я осторожно добавил: - Нам известно, что ты провела некоторое время в дорогой лечебнице. Но по какой причине, выяснить так и не удалось.

- Именно поэтому лечебница столь дорогостояща. - Сидя рядом со мной в движущемся такси, Джина пристально вглядывалась в тьму впереди. - Однажды я проснулась в сумасшедшем доме, - после небольшой паузы произнесла она лишенным всяческого выражения голосом.

- Собственно говоря, сумасшедшим было не место, а я сама. Мне сказали, что у меня выработалась зависимость от какой-то дряни, не помню уже, от какой. В те времена я перепробовала все, что возможно. И в результате попала туда, где мне не давали убить, или, по меньшей мере, изувечить себя. Я и в самом деле сошла с ума. Беспомощно тряслась недели напролет. Весила девяносто два фунта. Ночью просыпалась от собственного крика. Иногда кричала часами без какой-либо на то причины. Мысли путались, я вообще разучилась думать. Когда же наконец смогла подняться с постели, из зеркала на меня глянул устрашающий, обтянутый кожей скелет. Череп с пустыми глазами и перекошенным ртом не принадлежал никому из знакомых мне людей. - Она судорожно сглотнула. - На то, чтобы вернуться, ушла масса времени и сил. Но я своего добилась. Я видела, они не верили, что мне удастся, и, возможно, были по-своему правы. В темных закоулках моего сознания по-прежнему блуждают мысли, которых не может быть у нормального человека. Но теперь ты понимаешь, почему я ненавижу эту мерзость и людей, которые на ней наживаются.

- Разумеется, - сказал я - Как толстушка, севшая, наконец, на диету, ненавидит мерзкую пищевую промышленность, которая заставляла ее поедать прекрасное масло и великолепные пирожные, доведшие до столь ужасного состояния.

Джина бросила на меня возмущенный взгляд, но в следующее мгновение улыбнулась.

- Твое сочувствие согревает мне сердце, - проговорила она. - Ладно, возможно, я и правда на самом деле ненавижу саму себя за то, что сделала это с собой. Возможно, этот дурацкий комплекс спасения мира - своего рода попытка компенсировать былое. И все-таки я ненавижу таких как Григ за то, что в свое время они облегчили мне задачу.

- Именно поэтому ты и выбрала его? И его остров? Его корабль?

Джина встряхнула головой.

- Мы искали любой островок, расположенный в подходящем месте, но созданная им секретная гавань сделала Ринг-Кей идеальным вариантом. Мы не рассчитывали на такую удачу, но сразу поняли, как ею можно воспользоваться. Что касается корабля, то он был прав, говоря, что в наше время не так просто подыскать подходящее судно. Нам нужна была уверенность, что корабль сумеет войти в бухту. И чтобы в последнюю минуту не выяснилось, что он слишком длинный, слишком глубокий или что-нибудь в этом роде. "Саис" же несколько раз заходил в Ринг-Кей, то есть, можно сказать, был опробован на деле. - Джина ухмыльнулась. - Хотя, возможно, ты прав: мне доставило удовольствие наступить на хвост этому мерзавцу после того, что случилось со мной.

Я вздохнул.

- Куда подевались нормальные девушки? Человек спокойно занимается своим ремеслом, а ему попадаются то мазохистки, то наркоманки.

- Ах ты, сукин сын! - Джина тихо рассмеялась. - Хотя, в некотором роде, приятно побеседовать с человеком, который не чувствует себя обязанным обходить запретные темы. - На лице у нее появилось злорадное выражение. - Кстати, твоя маленькая мазохистка так и не вернулась домой, в Цинциннати. Услышала зов своего второго любовника и помчалась к нему. Как пчела на цветок.