Так что двигаюсь к Стамбулу мой войско встречало немало колонн беженцев, среди которых были знать и солдаты отказавшиеся дальше воевать.

По ту босфорского пролива, на территории Турции, ситуация была ничуть не лучше. Продвижение российской армии сильно замедлилось из-за того, что приходилось заниматься беженцами. Да, теперь целые города брались без какого-либо штурма, но окопавшиеся там военные и гражданские требовали весомых доказательств, что их не тронут и потом отправят с их имуществом к царице Ишрире.

Поэтому вроде и плохо, что наши войска в этом регионе замедлили наступление, а в итоге берегут силы и берут города без потерь. Единственный реальный минус во всей этой ситуации в том, что мы не сможем взять Стамбул в осаду с двух сторон.

Германцы, кстати, в ходе своих попыток взять Грецию решили почерпнуть наш опыт. Начали говорить об автономии, правда не такой серьёзной как у нас в случае с Ишрирой, помилование и гражданство для военных, признание титулов знатных родов… Знакомая песня, короче. Впрочем, германцам без реальных серьёзных примеров не верили. Но многочисленные бунты подняли греков, которые под пятой у турков жили, мягко говоря, хреново. Так что германцам всё равно стало на порядок легче.

А африканские территории османы уже потеряли полностью. Франция и Испания и вовсе получили немало, учитывая их не то чтобы высокий вклад в эту войну. Но нам нужно было усилить эти две страны, чтобы они и дальше оставались независимыми. СРИ же пришлось молча согласиться так как она всё ещё была неофициальным членом союза России, Японии Франции и Испании.

Да, Японцы по итогу оставались вообще ни с чем, но им и не приходилось ничего делать. Пока почти во всём остальном мире бушевала война они наводили порядок у себя в стране после мятежа в клане Тогисукава. Ну и заодно создавали потенциальную угрозу для Китая, которому приходилось сидеть в стороне и не отсвечивать.

Но вновь вернусь к тому, как идёт война.

Благодаря всей этой ситуации мы за несколько дней подобрались к Стамбулу. К этому моменту армия западного фронта под начало Грошина стала частью войска Крестового похода. И я вроде всё ещё был его главнокомандующим, но тут уже приходилось считаться с мнением увеличившегося военного совета куда взяли Грошина с парочкой его замов и двух Романовых, Виктора и Константина. Да, члены царствующий рода остались вместе с армией, как и князь Потёмкин. Но он как-то самоудалился от дел сказав, что пока не начнётся финальный штурм Стамбула его лучше не трогать.

И ведь скоро можно ожидать ещё большего количества Романовых в моём войске!

Султан начал собирать верных ему людей в столице. Про османскую армию я уже рассказал, но куда забавнее получилось с царствующим родом османов. Главное преимущество султана, огромное количество членов его семьи ранга Абсолюта нивелировалось после того как почти две трети его родных свалили к Ишрире. Да, они были вынуждены отказаться от своей силы и положения, но здраво рассудили, что лучше уж быть царской семьёй под протекторатом России нежели мертвецами — Романовы уже открыто заявили, что царствующий род османов будет уничтожен и своей цели они добьются чего бы это не стоило. И все поверили им, поэтому среди османского царствующего рода оказалось столько перебежчиков.

Так что да, у султана уже было не столь огромное войско и родичей, что остались на его стороне. Но последние были и без дополнительной помощи со стороны Романовых Стамбул мне не взять. Зато как они появятся уже никто и ничто не остановит нас. Это будет чертовски тяжело и на сей раз без серьёзных потерь не обойтись, этот город нам без не взять. Однако все были уверены в том, что у нас получится задуманное.