Чуть заметная искра возле левого века девушки медленно поплыла, словно подгоняемая ресницами, и встала точно на линии взгляда.

«Вот ведь странно, до сих пор не проходит…»

И ночь вспыхнула светло-голубым светом, словно само ее вещество подожгли изнутри тысячами светодиодных фонариков. Легкий неоновый контур очертил все вокруг – джип, вагончики, клетки. Холодной зеленью пылала трава, а вдали в небо мощно поднималось изумрудное сияние. Дженни поняла, что это лес. Она задохнулась собственным криком, зажала рот, запрокинула голову, но лучше бы она этого не делала. Куда только делись облака?! Немыслимое число звезд обрушивало вниз яростный великолепный свет. Казалось, там, среди потоков невыносимого сияния, что-то двигалось, перетекало и тянулось к ней, что-то шептало и манило… Дженни зажмурилась. Ей было страшно.

«Что со мной? Я заболела?!»

Она попробовала открыть глаза… Нет, все так же. Будто она сова, кошка, летучая мышь какая-то! Ее заштормило от ужаса. Дженни зажмурилась, вцепилась в колкую стерню. Легкая боль ее слегка отрезвила. «Все хорошо, все в порядке… Нет, ничего не в порядке. Что со мной случилось?!» Она еще раз приоткрыла глаза. Осторожно, на полреснички. Огляделась. Было непривычно, страшновато, но не больно. «А ведь совсем не похоже на темно-зеленую муть, которую в боевиках показывают, – подумала Дженни. – Там герой с прибором ночного видения на голове как будто сквозь немытый аквариум смотрит». Она же видела мир совсем иначе.

Внутри джипа, на месте двигателя, вертелся клубок голубого огня. Фигуры мужчин светились мутно-желтым – одна еле мерцала, другая горела устойчивым грязно-оранжевым, две клетки – большая и маленькая – казались темно-синими, внутри них дрожали два сгустка пламени. В маленькой клетке бился чистый янтарный огонь, а в большой бросалось на стенки злое льдистое пламя.

Мужчины отнесли клетки к стационарным вольерам, где спал весь зверинец цирка-шапито «Магус»: два меланхоличных медведя Барри и Ларри, три неугомонные лайки Гог, Магог и Демагог – Дженни их вечно путала, и стадо дрессированных белок, запомнить которых девушка и не пыталась.

Затем сообщники молча разошлись, не попрощавшись. Хлопнула дверь машины, джип отъехал и растворился в ночи. Роджер подождал, пока звуки мотора окончательно затихнут, присел возле маленькой клетки, постучал по дверце.

– Ну что, красавец, мы с тобой поладим?

Зверь зашипел – зло и предостерегающе. Брэдли едва успел отдернуть руку.

– Зараза, – он недобро засмеялся. – Хорошо, что вы у меня не задержитесь. Отгружу вас «темнику», и до свидания.

Он подкатил тележку, погрузил на нее сразу обе клетки и покатил вперед.

Дженни лежала на земле и чувствовала себя полной дурой. Она понятия не имела, что же делать дальше. «И почему я не стукнула в полицию?! Сейчас бы их уже лицом по капоту возили. Нет, решила взять с поличным! И как?» Девушка от досады подергала себя за мочку уха. Продавец уехал, а она не догадалась даже номера машины переписать. А теперь что делать? Выскочить на Брэдли с криком «Я все знаю»? Ага. Он только посмеется, а потом за шиворот притащит домой. А там дед… Дженни поежилась. Нет уж, это вариант отпадает. Лучше подождать, пока Брэдли ляжет спать, и попробовать освободить зверей. То-то будет утром у него лицо – проснется, а семь тысяч фунтов улетучились. «Точно! Так и сделаю! – решила Дженни.