– Дядя Леня сам так папе говорит, – затараторила девочка, – «сколько ни принесу, Лилька живо купюрам ноги приделает. Она деньгосос!»

Федотов крякнул и сунул ноги в тапки.

– Устами младенца глаголет истина.

Волоков продолжил беседу:

– Многоуважаемая Киса, мне неведомо финансовое положение Леонида, но я попросил его не покупать вам презент, потому что хотел преподнести вам нечто приятное, опасался: вдруг Федотов меня по части подарка переплюнет! Открывайте!

Кисуля подпрыгнула:

– Коробка мне?

– Вам, – подтвердил Волоков.

– Все внутри мое? – уточнила Киса.

– Конечно, – кивнул Константин. – Полагаю, вы умеете читать?

– Естественно, – ответила девочка.

– Тогда изучите название на крышке, – попросил Волоков.

Кисуля приблизилась к упаковке.

– «Изумрудный город у тебя дома». Ой! Ой! Ой! Я о таком мечтала! Там и Элли, и Тотошка?

– Страшила, Железный Дровосек, трусливый Лев, Гудвин, Бастинда – все-все-все, – заверил Константин, – с домами и вещами.

Я посмотрела на Кису и поняла, что такое «квадратные глаза».

– Я хотел, чтобы мой презент Кисе запомнился, поэтому ваш крестный пришел с пустыми руками, – сказал Константин, – я испугался, вдруг он принесет что-то намного лучшее.

– Это невозможно, – прошептала Киса, – помогите отнести Изумрудный город в детскую.

Макс, который молча стоял в прихожей, улыбнулся.

– Сейчас.

Киса умчалась в детскую.

Когда здоровенная упаковка переместилась в комнату Кисы, мы все прошли в столовую.

Леня сел и сразу начал деловую беседу:

– Женщина, которую обнаружили в мастерской Егора Куркина, предположительно соседка сверху. Супруга…

Федотов посмотрел на Константина, тот кивнул и сам продолжил:

– Постараюсь ввести вас в курс дела. Семья, которая нынче живет над апартаментами Куркиных, ранее состояла из двух человек и занимала другую квартиру. Кирилл Петрович и Майя Алексеевна Годины поженились вскоре после окончания школы и знали друг друга с детства. Кирилл полиглот, свободно владеет разными языками: английским, французским, немецким, испанским, китайским, японским, литературным арабским и рядом диалектов. Он гениальный переводчик, участвует в разных переговорах, владеет информацией, которая не предназначена для чужих любопытных ушей. Майя Алексеевна режиссер, поставила много спектаклей, ее уважали и любили актеры. К сожалению, она умерла, у нее случился инсульт. Кирилл остался один, ему тогда еще пятидесяти не было, в наше время возраст почти юный.

Константин потер ладонью затылок.

– Не стану вам говорить, где и кем служит Годин.

– И не надо, – кивнул Макс.

– Руководству доложили о смерти Майи, – продолжал гость, – все забеспокоились. Понятно, что рано или поздно появится некая особа, которая понравится вдовцу. Где гарантия, что она окажется такой же умной, понимающей, интеллигентной, как Майя? Не станет рассказывать подругам о работе мужа? Еще хуже будет, если Кирилл, который с юношеских лет жил только с Майей, пустится во все тяжкие, ему голову начисто снесет. Не зря народ сложил пословицу: «Седина в бороду, бес в ребро». И уж совсем плохо будет в случае, если Кирилл найдет родственную душу с безупречным поведением, заключит новый брак, а потом выяснится, что вторая супруга сотрудница иностранной разведки. Понятно объясняю?

– Более чем, – сказал Макс.