— А с фингалами ему ходить нравится? — усмехнулась Яна.

— Он говорил, пусть всякое зверство остается на совести тех, кто его учиняет. Что, разве все могут воевать, стрелять, бить и убивать? Никита — очень нежный мальчик, он не такой. А какую работу вы ему можете предложить?

— Строительство.

— Очень хорошо.

— В другой стране, — добавила Яна.

— В какой?

— В Италии, — сказала Яна, ожидая, что сейчас наткнется на стену непонимания.

Но, как ни странно, Галина Сергеевна ответила:

— Ну что ж… хорошая страна… Пусть поработает, заодно и мир увидит. Он у меня ни разу не был дальше Ярославля, где живет тетка. Только какой из него сейчас работник-то? Кто-то опять покалечил мальчика…

— Ничего, Никита поработает с бумагами, — быстро ответила Яна.

— Тогда совсем хорошо. Правильно, нечего мальчику нагружаться на стройке. Он у меня не привык к тяжелому физическому труду.

— Вот и договорились, — улыбнулась Яна, про себя подумав, что на Никите пахать надо и пора сделать из него мужчину, пока он не натворил еще каких-нибудь дел, вроде настоящего ограбления.

Глава 9

Яна не хотела закатывать истерику при своих двух сопровождающих, но у нее ничего не получилось. Самолеты у нее вызывали просто панический ужас. Чего только она ни делала и как только ни пыталась взять себя в руки. Уже в аэропорту Яна начала вести себя весьма неадекватно: то смеялась, то впадала в прострацию и сидела на чемоданах с отсутствующим взглядом. Затем начала бегать в туалет раз пять подряд, и они чуть не пропустили регистрацию и посадку на рейс. Когда Яна увидела самолет, ее заколотило мелкой дрожью, Никита фактически поднял ее здоровой рукой по трапу, так как ноги у Яны не сгибались в коленях. В салоне бизнес-класса Яна продолжила истерику.

— Иллюминаторы чистые? Я люблю смотреть на облака. А вам не кажется, что воздух плохо кондиционируется? В полете будет нечем дышать! — крутилась она из стороны в сторону.

— По-моему, все хорошо, — ответила Вера, никогда не летавшая в бизнес-классе.

Они с Никитой представляли собой такую трогательную пару студентов, вынужденных лететь на сельскохозяйственные работы. Примерно одного возраста, худые, голубоглазые, в джинсах и куртках-ветровках, молодой человек и девушка походили на брата с сестрой.

Яна так и не успокоилась, пока самолет не взлетел. А потом в ее нервной системе произошло резкое торможение, и чтобы окончательно не сойти с ума, она погрузилась в решение кроссворда.

— Яна Карловна, — тронула ее за рукав Вера.

— Ты издеваешься надо мной? — обернулась к ней Яна.

— Нет, — честно смотря ей в глаза, ответила Вера.

— Какая я тебе «Карловна»? Я и так чувствую себя с вами как наседка. Я молода душой, современна и креативна! И я требую к себе отношения как к сверстнице. Я — Яна и прошу обращаться ко мне на «ты». Ясно?

— Хорошо. Яна, расскажи мне о своем доме в Италии, — попросила Вера.

Никита стащил с ушей плеер и тоже обратился в слух.

Яна удобнее устроилась в кресле.

— Хотите пить? — спросила подошедшая стюардесса.

— Скорее — выпить, — поправила ее Яна. — Двести граммов коньяка. Сто граммов моя доза, а вторые сто — контрольные, для самолета.

Стюардесса улыбнулась и посмотрела на Веру.

— Заказывай, что хочешь, — пихнула ее локтем Яна.