Очень хорошо, что сразу не отказала... Я кое-что тебе объясню.

Наташа, ты должна знать, что наши дела не очень хороши. Отца скоро выпрут в Союз. Я это чую. Ему здесь не нравится, он даже сказал мне, что лучше пойти работать в школу, чем жить в этом гадюшнике. С первым у него не сложилось, посол ни так ни сяк...

Отец ленится, у него всегда такой вид, будто он делает всем одолжение. И это после того, что я сделала! (Значит, все-таки мама устроила эту поездку. Но для Наташи это не было открытием, она так и думала ) Ну, ладно, это, как говорится, лирика, - продолжала Светлана, - а реальность такова: наш отъезд не за го - рами. Назад в Союз, опять к тем же людям и обстоятельствам!

Думаю, ты не очень хочешь в Союз? - спросила Светлана и ждала ответа.

Наташа коротко ответила, - Не очень.

Ну вот видишь? Тут мы солидарны. Но на нас наплевать. Мы, - материал отработанный, а вот ты... Мне бы очень не хотелось, чтобы ты возвращалась опять к этим (она никого не назвала, но Наташа поняла. Она тоже не хочет. Мама даже понятия не имеет, насколько!)... В общем, я считаю, что предложение Алека - выход. Пусть и звучит это некрасиво. Тем более, если он женится, то его сразу же направят в Европу, мне сказала Алиса Николаевна.

Наташа перебила мать.

Ах, вот оно что! А я-то думаю, что это он мне вдруг предложе-ние делает? Еще подумала - вдруг действительно влюбился! Потому и решила подождать до утра, сразу не отбривать! А надо было. - - Замолчи! закричала Светлана. - Заткнись! Что у тебя впереди, ты мне скажи! Маринка? Грязные бабьи бошки? Или машинка с утра до вечера! Какие перспективы? Он-то найдет себе жену! Ну, не в Европу, так куда-нибудь его папаша устроит! А кого ты будешь ви-деть в Союзе? Шантрапу? Которая-будет зариться на твою квартиру, на твои шмотки и заработки! Этого ты хочешь? В конце концов, Алеку не нужны ни твоя квартира, ни твои деньги, ни твои шмотки! А это дорогого стоит...

Зато ему нужна Европа! - сказала едко Наташа.

А что в этом плохого? Но он может жениться в Союзе! На ком угодно! Европа - это же мечта! Там побывать, просто побывать, и то... А жить? И потом я совсем не уверена, что он пришел к тебе во дворик, зная о Европе. Но я замолкаю! Решай сама. Чтобы потом не говорила, что я тебя заставила! Скажешь - да, пусть - да. Скажешь - нет, пусть - нет... Я тебе словом не напомню. Будем жить, как жили. Отец - в школе, я - со своим "контингентом", ты - со своим! А теперь я пойду спать. Я дико устала.

Светлана поднялась со стула уже не бойкая, не сильная, а та - кая, какой она была последнее время в Москве.

Наташа секунду подумала и сказала, - мама, я решила. Я выхожу замуж за Алека.

Светлана зарыдала. Ее покинуло напряжение, она хотела кинуть - ся и обнять Наташку, но, глянув на нее, остановилась, - такой у дочери был взгляд.

Когда утром Наташа вошла во дворик, Алек уже был там. Он си-дел в плетеном белом кресле и курил, положив нога на ногу. На нем были голубые джинсы и майка с надписями, на шее цепь. Ру-ки у него были загорелые и твердые, с сильными мускулами. Черные волосы блестели, косой пробор был ровным, лицо просто красивое, - с этим коротким решительным носом и яркими карими глазами. Он напоминал восточного человека.

Наташа почувствовала, что рассматривает его, как товар на рынке, раньше она на него так не смотрела и не замечала никаких деталей.

Он также молча смотрел на неё (они не сказали друг другу даже обычного приветствия...) и видел, какая она очаровательная, со своими длинными распущенными светло-золотистыми волосами, то - ненькая, как былиночка, и взгляд чуть испуганный...

Он спросил.

Ну, как ваши сны? Что они вам подсказали? От матери он уже знал, что все в порядке: рано утром позвонила Светлана, он при-сутствовал при этом. Алиса положила трубку и вдруг обняла его, что не было ей свойственно, и сказала: - Будь счастлив, мой мальчик.