Нахмурившись, он уже собрался потребовать телефон обратно и уйти прочь — наплевать, что ему нужно организовать девичник для сестры, — когда поймал немного испуганный взгляд хозяйки магазина.

Судя по всему, ей не нравилось изображать из себя сурового босса. Поэтому он засунул руки в карманы и внимательно огляделся.

Чрезвычайно яркие цвета резали глаз: тканевые розовые розы на черных маленьких женских шляпках без полей и с плоским донышком, оранжевые и бирюзовые перчатки, выглядывающие из цветастых коробок, изумрудные боа на шеях манекенов, одетых в атласную одежду, и лимонного цвета шарфы, похожие на кашемировые. Все указанное было лишь малой толикой товаров, имевшихся в магазине.

Для его проницательных глаз, привыкших к монохромной современной обстановке, подобная атмосфера показалась кошмаром.

— Вам нужно что-то конкретное? Одежда? Аксессуары? Нечто особенное для вашей жены?

— У меня нет жены, — сказал Чейз. От избытка блеска и ярких расцветок у него начинала болеть голова.

— Ах. Ну, наши товары могут удовлетворить любую женщину, — произнесла блондинка с едва заметным смешком, в то время как он злился и пыхтел от негодования.

— Я здесь не ради этого.

— В вашем поступке нет ничего зазорного. Вы можете примерить все, что вам понравится.

От удивления он разинул рот, потом сомкнул губы. Он совершал в жизни немало ошибок, но носить женскую одежду явно не собирался.

— Вы всегда так разговариваете с вашими клиентами?

— Только с… особыми.

Улыбка осветила ее лицо. Глаза хозяйки магазина засияли, и она стала просто красавицей.

— Ну, мне очень не хочется вас разочаровывать, но женщина, с которой я в настоящее время встречаюсь, не сомневается в моей мужественности. Я был бы очень признателен, если бы таких сомнений не было и у вас.

Она покраснела, ее улыбка померкла, когда она отвела взгляд. Он увидел уязвимость в ее взгляде, которую заметил прежде.

Женщины, с которыми он общался по работе и в общественной жизни, никогда не демонстрировали свою уязвимость. Они были уверены в своих талантах и в собственной неотразимости. Она знали, чего хотят, и не боялись завоевывать желаемое. Женщина, которая стояла перед ним сейчас, была так же далека от знакомых ему дам, как он — от своего прошлого. И все же было в ней нечто такое, что его заинтриговало.

Он всегда доверял своим инстинктам и прямо сейчас решил выяснить, что у нее на уме, прежде чем ее нанять.

Она откашлялась:

— Ладно, а теперь, когда мы выяснили, что вы пришли сюда не для того, чтобы купить нарядное дамское платье мандаринового цвета, надеваемое к чаю, модное в двадцатых годах прошлого века, скажите, чем я могу вам помочь?

Уголки его рта дрогнули, когда она снова с недоверием на него посмотрела, словно до сих пор не верила, что он не наденет тюлевую юбку, как только вокруг не окажется свидетелей.

— Я слышал, вы организовываете вечеринки по случаю дней рождения.

Она кивнула, локон над ее лбом покачнулся.

— Верно. Мы можем переделать платья, устроить фотосессию, подготовить маскарадные костюмы, оформить помещения. Женщинам нравится. — Она замолчала. Ее полные, накрашенные красной глянцевой помадой губы изогнулись в застенчивой улыбке. — Некоторым мужчинам тоже.

Он понял, что улыбается в ответ, хотя на самом деле ему снова захотелось потребовать, чтобы она не ставила под сомнение его мужественность.

— Вы можете организовать девичник?

Ее глаза загорелись.

— Конечно. Несколько часов удовольствия для будущей невесты…

— Я имел в виду неделю.

Она подняла брови идеальной формы:

— Неделю?

— Правильно.