Ху Фэйцинь решился.

Он согнул пальцы, точно держал что-то на ладони, через мгновение в них появилась сфера, созданная его собственными духовными силами. Он подождал, пока она не стала размером с яблоко или чуть больше, и окружил её несколькими слоями Ци различной плотности. На вид сфера была прозрачной, с лёгким беловатым отсветом, который становился заметен лишь на солнце. Удостоверившись, что сфера не колеблется и достаточно прочна, Ху Фэйцинь выпустил её из ладони, и она повисла в воздухе на уровне его глаз.

Биение жизни в Недопёске становилось всё тише, стоило поторопиться. Ху Фэйцинь положил руку поверх изуродованного тельца чернобурки, из-под его пальцев хлынул свет духовной силы. Подождав с полминуты, он медленно отвёл руку, следом потянулось то, что принято было считать душой – призрачный лис, вытягиваемый из физического тела, был точной копией Недопёска. Ху Фэйцинь перенаправил душу лиса в созданную сферу. Душа уменьшилась в размерах, сфера втянула её, и теперь внутри полупрозрачного шара лежал маленький лис-чернобурка.

Ху Фэйцинь выдохнул с облегчением: перенос души оказался успешен, оставалось дождаться, когда душа окрепнет и придёт в себя.

Недопёсок не шевелился довольно долго. Лапы его были раскинуты, язык высунут.

Ху Фэйцинь покуда зарыл трупик чернобурки обратно в камни, чтобы не шокировать Недопёска, когда тот очнётся, поглядел на израненные пальцы. Боли он до сих пор не чувствовал.

– Ши… сюн? – донеслось слабое эхо из духовной сферы.

Ху Фэйцинь подставил ладонь под сферу, приблизил её к лицу. Недопёсок уже сидел и с весьма озадаченным видом глядел на свою призрачную лапу.

– Прости, Недопёсок, – сказал Ху Фэйцинь, – это всё, что удалось спасти. Твоё физическое тело невозможно было восстановить, поэтому я переместил твою душу в эту сферу. Она будет подпитывать тебя, пока ты достаточно не окрепнешь, чтобы из неё выбраться.

Недопёсок ощупал себя, где дотянулся, убедился, что он везде призрачный, и осклабился:

– Шисюн, я теперь призрак?

– Не говори глупостей. Ты… Ты лисий дух, – сказал Ху Фэйцинь, который и сам не знал, что создал в итоге.

– И совсем не больно теперь, – радостно сообщил Недопёсок, пытаясь встать, но лапы его слушались плохо. Он оставил эти попытки и сел, упираясь передними лапами в то место, где прежде были ляжки. Оба его хвоста энергично виляли.

– Шисюн, – сказал Недопёсок торжественно, – я в тебя верил!

Ху Фэйцинь не совсем понимал, почему Недопёсок это твердит, но решил выяснить.

[106] Резня на Хулишань

– Недопёсок, – сказал Ху Фэйцинь, – расскажи, что тут произошло? Где Ху Вэй?

Недопёсок сразу сник, хвосты его опустились. Ху Фэйцинь почувствовал, что ледяной холод вернулся и пополз по внутренностям.

– Он… он мёртв? – выговорил он, с трудом ворочая языком.

Недопёсок энергично помотал головой:

– Жив. Но когда это случилось, он… он не был собой.

– Как это? – не понял Ху Фэйцинь.

Но Недопёсок не мог объяснить то, чего не знал. Он только беспомощно развёл лапами и в который раз повторил:

– Но я знал, что ты придёшь, шисюн. Я в тебя верил. Только я в тебя и верил.

– Что это значит, Недопёсок?

Недопёсок вздохнул и принялся рассказывать.

Ху Вэй вернулся на Лисью гору сам не свой. Он метался по Лисьему дворцу, грозя кулаками небу, а когда его спрашивали, почему не вернулся Ху Фэйцинь, приглушённо рычал и так хрустел пальцами, что лисы не отваживались переспрашивать.