|
Вернее, она и раньше была соединена, но являлась скорее дублирующей системой, чем единой. Принцип действия проклятой печати был прост, печать формирует дублирующую систему каналов чакры (к тому же сворачивающуюся в неактивном состоянии), с собственным резервом чакры, но при этом без источника оной. Таким образом, при активации печати развёртывалась её собственная система циркуляции, соединялась с основной и заполнялась накопленной в печати чакрой. Однако проблема с побочным действием проклятой печати была в том, что исчерпав свои запасы, она начинала, как паразит, очень жёстко выкачивать чакру из организма, чем наносила последнему сильные повреждения, а если печать использовать, когда свои силы заканчиваются, то последствия окажутся ещё тяжелее. Одно дело – тянуть чакру для восстановления из полного ей организма, и совсем другое – из истощённого. Печать была изобретением гениальным, но до ума не доведённым. Например, смертность можно было снизить, растянув процесс во времени и не форсируя трансформацию, а для большей эффективности включить дублирующую систему в основную, тем самым значительно увеличив объём чакры носителя. Хотя вся чакра тогда будет именно чакрой этого самого носителя, а как я успел убедиться, чакра Орочимару значительно лучше обычной, она почти как у биджу, не удивительно, что даёт такую силу. Да и в таком случае подчинить носителя чужой воле будет куда сложнее, я уже не говорю о захвате тела, хотя всё может быть. Но свою печать я всё же переделал и, открыв глаза, понаблюдал, как три уже красных томоэ на плече исчезают, стоило мне перестать гонять по организму чакру Кьюби. Чакру Орочимару же я загнал в печать бога смерти, где создал для неё отдельное хранилище и пристроил механизм преобразования, позаимствованный из проклятой печати. Возможно, в будущем она пригодится, уж больно любопытные у Орыча способности к восстановлению, да и сама чакра проявляет интересные свойства к изменению.
Сакура, увидев, что я очнулся, радостно улыбнулась, а заметив, как у меня пропадает печать, её улыбка стала ещё шире. Переведя взгляд на Саске, я заметил, что с него была снята бандана, а на лбу лежал кусок мокрой материи. – Как он? – Дыхание вроде выровнялось, но у него всё равно сильный жар. Наруто-кун, ты сможешь ему помочь? – Постараюсь, но убрать печать вряд ли получится, у меня внутри есть чакра Кьюби, и моё тело к ней уже привыкло, так что свою печать я просто выжег, а вот с Саске такое вряд ли пройдёт, чакра Лиса очень разрушительна и на организм действует как сильный яд и одновременно кислота. Я ещё раз присмотрелся к Саске и понял, что ощущаю его печать, причём весьма отчётливо. Положив на неё руку, я попытался вытянуть чакру Орочимару. Тело Учихи выгнулось дугой, и я прекратил. Ну что ж, как и ожидалось, простым это дело не будет. Рядом с печатью всё ещё оставались отверстия от клыков, однако уже закупорившиеся, недолго думая, я полоснул себе по ладони кунаем и вонзил его в отверстия рядом с печатью у Саске. Сакура в ужасе вскрикнула, но кунай вошёл неглубоко, и, вынув его, я приложил к ране свою окровавленную руку. Моя кровь должна хоть в какой-то мере позволить использовать чакру Кьюби, вдобавок можно попробовать заменить мутаген и чакру Орочимару своими кровью и чакрой. В этом мире я ещё ни разу не использовал свои псионические способности, только эмпатию, да и то полученную от Кьюби. Дело в том, что как псионик я не достиг уровня чистого разума, другими словами, мне нужен был мозг с соответствующими способностями. А с нуля его перестроить, да ещё и осознанно… Никогда этим не занимался и рисковать не хочу. Другое дело, что внутри собственного разума и внутреннего мира я мог всё. Да, я лишился возможности проникать в чужой разум и воздействовать им на мир, но сейчас у меня был шанс немного сжульничать. У меня была проклятая печать, настроенная на Саске, у Саске тоже была проклятая печать, вдобавок, я сейчас смешивал свою кровь с его. |
