Афра перебил Прайма Земли:

«Мне учить мужа Ровены? А вам не приходило в голову, что он может воспрепятствовать тому, чтобы я находился рядом с его женой? Не говоря уже о нем самом и их детях».

«Приходило, – кисло отозвался Рейдингер. – По-моему, это было бы величайшей катастрофой».

Афра почувствовал себя неловко. Он не мог понять, почему его личные переживания должны расцениваться как катастрофа.

Рейдингер терпеливо объяснял:

«Какая мне польза от них, если они смогут работать только вместе? Неужели ты на самом деле думаешь, что Ровена может выбрать какого-нибудь незначительного человечишку? Ты прекрасно знаешь, что она уже почти сделала свой выбор…»

«Стоп! – воскликнул Афра, прикрывая глаза от внезапно возникшей боли. – Ровена для меня друг, и даже больше. Я люблю ее, как сестру. И если для ее счастья необходимо, чтобы я исчез из ее жизни, то ни вы, ни ФТиТ, никто не сможет помешать мне!»

«Значит, ты намерен сбежать под каким-либо предлогом? Зеленая кожа и такая же зеленая от страха душа, не так ли, капеллианин? Ты боишься увидеть их любовь? Ты любишь ее недостаточно сильно, если не можешь достойно встретить ее мужа!»

«Этого я не говорил! – горячо возразил Афра, глаза которого пылали желтым пламенем. – Я с радостью буду работать с Джеффом Рейвеном. Он замечательный человек. Они с Ровеной – великолепная пара. Но вы должны понимать, что между мной и Ровеной существуют секреты, которые… которые могут сделать для него работу со мной невозможной…»

«Надо попробовать. Не получится – попытаемся придумать что-нибудь еще. Но не будь предубежденным…»

Афра улыбнулся:

«Она выбрала его, и одно лишь это делает его необыкновенным человеком. Кроме того, он способен очаровать любого».

В ответ Рейдингер рассмеялся. Неужели Рейвен очаровал даже Прайма Земли? Или Рейдингер уловил и этот подтекст в мыслях Афры?

«Я всегда считал тебя мудрым, тонко чувствующим львом. Считай это назначение еще одним способом помочь Ровене».

Беседа закончилась. Мысли Рейдингера растаяли вдалеке, оставив после себя ощущение тепла и плохо скрытой боли.

После разговора с Рейдингером Афра какое-то время чувствовал себя совершенно растерянным. Немногочисленные предыдущие встречи с Джеффом Рейвеном пробудили в Афре симпатию к этому человеку. К тому же Афра был рад, что Ровена наконец-то нашла себе любимого. Возможно, и он когда-нибудь обретет свое счастье. Но он не лгал, когда говорил Рейдингеру о своих опасениях, что его братская близость с Ровеной может стать источником напряжения между ним и Джеффом Рейвеном.

По станционной связи объявился Брайан Аккерман:

«Афра, где Ровена?»

Вместо ответа Афра поспешно проглотил остатки завтрака, бросил посуду в моечную машину и переместился в зал управления. Едва увидев его, Брайан начал что-то раздраженно высказывать.

– Она получила новое назначение. Давай сообщим об этом всем остальным.

– Новое назначение? – удивленно переспросил Аккерман.

Рядом с Башней опустилась персональная капсула.

«Афра?»

«Я здесь», – ответил капеллианин, посылая ментальный образ зала.

В зале немедленно появился Джефф Рейвен.

– Мне очень жаль, что нам не удалось поговорить, когда я был здесь в последний раз, – первым делом произнес Джефф Рейвен, протягивая руку и, как всегда, обаятельно улыбаясь. На его лице все еще были заметны следы недавнего несчастного случая, но внутренние силы гостя уже вполне восстановились. – Думаю, теперь у нас будет достаточно времени, чтобы исправить это положение.