– Мы завершим укладку проводов, когда все в следующий раз спустятся на Землю, – объяснил начальник станции.

– Джефф, этот Т-4 – Голли Грен, – невозмутимо доложил Афра.

Рейвен вежливо кивнул Голли, который, казалось, от волнения проглотил язык.

– Рад знакомству, – продолжил Джефф рассеянно, поворачиваясь к капеллианину и вопросительно глядя на него.

– Джефф, я надеюсь, ты не собираешься торчать здесь до конца своей жизни? – дипломатично начал Афра. – И потом, разве тебе не интересно узнать, как работать с другим Т-4? Кроме того, Голли просто необходима тренировка. – Афра ехидно улыбнулся, когда Грен открыл было рот, чтобы запротестовать, что не укрылось от взгляда Рейвена.

– Понятно, – бесстрастно заметил Джефф, но было очевидно, что он не в восторге от этой идеи.

Афра вздохнул:

– Лучший способ доказать, что ты чему-то научился – научить этому кого-то другого.

Джефф задумчиво посмотрел на него:

– Ровена никогда не упоминала об этой стороне твоего характера.

– Она никогда и не просила меня, чтобы я ее чему-либо учил, – отозвался Афра, лукаво улыбаясь и стараясь понять, чья реакция позабавила его в большей степени: Джеффа или Голли. Он отошел от своего кресла. – Я буду неподалеку, если понадоблюсь кому-то из вас, – добавил он и, вежливо поклонившись обоим, указал Грену на кресло, которое тот должен был занять.

– Первый рейс – на Землю, принимает Рейдингер…

Как он и думал, характеры склонного к шалостям Грена и «всеобщего любимца» Джеффа прекрасно подошли друг к другу. К концу рабочего дня они без труда справлялись с любыми грузами.

В течение последующих месяцев жизнь на Каллисто текла спокойно; согласно определенному расписанию на станцию прибывали Грен и другие Таланты, чтобы поработать с Джеффом и расширить его возможности управления станцией с помощью самых разных людей. Афра и Аккерман заметили, что лучше всего Рейвен работает с Греном.

Рейдингер встретил это заявление довольным ворчанием:

«Я всегда надеялся, что найду ему применение!»

«Да ну! Встретили кого-то, с кем не можете справиться?» – весело поинтересовался Афра.

«Кажется, у меня появилась проблема с Т-4 и Т-3, – невозмутимо продолжал Рейдингер. – Я начинаю ощущать беспокойство: что-то слишком много их развелось. Пора доставить себе удовольствие и уволить кого-нибудь».

Афра отказался проглотить эту наживку.

Визит Ровены на станцию Каллисто через пять месяцев фактически означал ее возвращение на постоянную работу здесь. Именно тогда Прайм Земли и узнал об ее беременности. Он прожужжал Афре все его «ментальные» уши своими упреками, как только догадался, что капеллианину уже давно известно об этом.

«Если я не могу положиться на тебя, то внедрю к вам своего шпиона», – пригрозил, под конец Рейдингер Афре.

Капеллианин же был по-настоящему рад возвращению Ровены на Каллисто. Хотя ему и нравилось работать с Джеффом, он должен был признаться самому себе, что ментальная связь с непредсказуемой Ровеной почему-то действовала на него странным образом успокаивающе.

– Кстати, Афра, Ровена хочет, чтобы я задал тебе один вопрос, – сказал Джефф однажды вечером, после того как станция уже прекратила работу.

– Какой?

– Возьмешься ли ты быть Вэ Эр для нашего сына?

– Вэ Эр?

– Да, это означает «вместо родителей». Это наш денебианский обычай: учитывая количество опасностей на моей планете, – грустно улыбнулся Джефф.