В ответ на его удивленный взгляд она прошептала:

– Давай поговорим на кухне. – Потом повернулась и потащила его за собой из комнаты.

На кухне было достаточно места, где можно удобно устроиться: высокие табуретки, стойка у плиты, большой круглый стол, за которым они обычно завтракали вместе с детьми. Джефф поднял бровь и вопросительно посмотрел на жену, но та сопротивлялась его мягким попыткам прочесть мысли до тех пор, пока не устроилась в одном из кресел, стоявших вокруг стола.

– Джефф, мне страшно, – начала Ровена. – Если бы не Афра, мы бы потеряли Дэймию навсегда.

– Корабль направлялся на Альтаир, дорогая, а не к Туманности Лошадиной Головы, – нежно упрекнул ее Джефф. – Они бы привезли ее обратно.

– А если бы она запаниковала? – Ровена крепко сцепила руки. – А если бы Афры там не оказалось? Если бы он не поддержал ее кинетический толчок? Тогда бы она исчезла навсегда. – Ровена в отчаянии взмахнула руками.

Джефф взял ее руку, накрыл своей ладонью и нежно погладил пальцами. Он улыбнулся Ровене:

– Но ведь она не исчезла. Афра поймал ее.

Всхлипнув, она согласилась:

– Разумеется, он поймал ее. Но почему она не позвала меня? – Ее глаза наполнились слезами. – Джефф, скажи, разве я такая уж ужасная мать?

– Конечно нет. – Ответ Джеффа был быстр и выразителен.

– Тогда почему она позвала не меня? – заплакала Ровена и отняла у Джеффа свою руку.

– Ты была очень занята, Ровена. Тебе нужно было телепортировать корабль…

– Афре тоже! – перебила она его. – Он тоже телепортировал корабль! Но Дэймия позвала его, а не меня! – Яростным жестом Ровена откинула волосы назад.

– Ровена, милая, кто может знать, что происходит в головке у двухлетнего ребенка – особенно у нашей Дэймии!

– Ей почти три! – автоматически поправила его Ровена.

Джефф покачал головой.

– Не важно. Она поддалась панике и обратилась к первому человеку, который пришел ей в голову. По крайней мере, она запомнила, что не должна беспокоить тебя, когда ты работаешь.

– Вот видишь, какая я ужасная мать! – жалобно произнесла Ровена.

Джефф громко выдохнул и отвернулся, рассердившись на жену за подобный приступ самоосуждения.

– Да уж, своему будущему сыну ты точно добра не делаешь, раздражаясь по любому случаю, – заметил он, овладев своими эмоциями. – Просто Дэймия – очень подвижный ребенок, из-за этого с ней трудно справляться. – Он улыбнулся и указал на нее пальцем. – Если я не ошибаюсь, ты была приблизительно в этом же возрасте, когда переполошила целую планету, а это гораздо серьезнее того, что сделала твоя дочь.

Ровена попыталась изобразить на лице улыбку.

– Тогда была совсем другая ситуация, но я понимаю, что ты хочешь сказать. – Она вздохнула с отчаянием. – Но ведь у меня не было никаких проблем с Джераном и Сирой…

– …которые спокойны настолько, что их можно даже назвать флегматичными: они полностью поглощены своей собственной жизнью, в которой нет места для их младшей сестры. Дэймия же нуждается в постоянном внимании, которое тебе давала Лузена. Но здесь у нас нет Лузены, которая могла бы весь день посвящать заботе о Дэймии, так похожей на свою мать. Противоположности притягиваются, дорогая, а при общении похожих друг на друга людей всегда высекаются искры. Поэтому, обращаясь в критические моменты к Афре, Дэймия лишь следует достойному примеру своей матери, ты согласна? – Он погрозил ей пальцем.