Ну в общем-то такой типичный набор диверсанта. Наверное, мне с ними дел иметь еще не приходилось. Но что-то тут было не так. Рюкзак был слишком… Знакомым. Где-то я его уже видел.

Догадка уже проскользнула у меня в мозгу. Я сделал несколько шагов вперед, пнул оружие в сторону, а потом наклонился и сорвал с парня капюшон. А следом за ним и лыжную маску.

— Да ебаный в рот, как так-то?

Это был Леха. Тот самый челнок, которого я лично притащил с противоположного берега Великой, которого отвел на базар, а после представил Секе. И они даже о дани заговорили.

Да пиздец. Он же сам у нас выспрашивал, не чухна ли мы, подозревал, типа. А еще по-русски разговаривал вообще без акцента. Так…

Он наверное сам просто русский, нет? Мало ли у них там таких осталось, кто еще на историческую родину не вернулся? Сперва вроде как проблемы были, им в статусе граждан отказывали, и еще что-то.

А теперь… А теперь русские им понадобились. Именно в качестве шпионов. И знание русского, как родного, тут как раз впору. Вот так вот.

Значит, он не просто шпион, он еще и крыса. На чухну работает, блядь, под своих же копает. Хотя какой он нам свой… Тварь ебаная.

— Вяжи его, — сказал я. Сам не знаю, зачем, больше всего мне хотелось этому уебку просто пулю в башку пустить, но что-то подсказало, что так делать не нужно. — Я пока в рюкзаке посмотрю.

Тень послушался, непонятно откуда достал веревку длинную. У него вообще руки очень ловкие, чисто фокусник. Наклонился, перевернул шпиона на живот, и принялся связывать.

Я же взялся за рюкзак. Магазины к MP-5 этому, маленькие, двадцатизарядные. Еще один — большой, барабанный, патронов на пятьдесят, наверное. Какая-то еда, уже русская, консервы самые обычные. А рядом и НАТОвский паек в такой коричневой упаковке.

Понятно, почему этот упырь так не хотел, чтобы мы его рюкзак посмотрели. А еще и послушал, остановил.

А может быть и пацаны те, которых мы с Жорой и Игорьком поубивали, просто узнали, что он шпион? Потому и пиздили? А мы их, получается, привалили, да еще ни за что. И вояк я потом на них навел.

Вот ведь блядство. Развел. Как детей развел, нахуй, как школьников. Пидорас.

Вот и пачки патронов, какие-то не русские тоже. 9×19мм QuakeMaker. Я вскрыл одну, посмотрел — красное донышко гильзы, а пуля с насечками, как будто специально чтобы раскрываться в ране.

— Экспансивные, — проговорил за моей спиной Тень, уже нормальным голосом. — И скорость пониженная, чтобы звук потише был. Вообще, кстати говоря, запрещены во всех армиях мира. Как и все экспансивные патроны.

Ну да, блядь. Знаем мы, как у нас эти конвенции Женевские и прочее соблюдается. Особенно нашими западными партнерами, чтобы их…

Гранаты, такие же круглые, еще две штуки. И последнее — коммуникатор. Чем-то похож на тот, который мы у Валеры отобрали, но при этом отличается. Западный значит, другой совсем.

Я повернулся и увидел, что Тень спеленал шпиона полностью. Руки, ноги, даже рот заклеил. Тот не очнулся еще, но лежал.

А потом до меня дошло. Это же, блядь, шанс. Самый настоящий.

Военные с нами иметь дела не будут, потому что мы — левые люди для них. А вот если притащить им настоящего чухонского шпиона целиком… Вот тогда может и разговор пойти.

— О чем они говорили-то? — спросил я у снайпера.

— О грузе, — ответил он. — И похоже о том грузе, за которым мы шли и фуру эту искали.

Так вот зачем этой твари на другой берег понадобилось. Вот же, блядь.

Нет, нам теперь этого упыря кончать нельзя.