– В моем фантастическом раю такого не будет. Там мы сможем плавать, если захотим, целыми днями напролет и никогда не будем хотеть спать.

– Мы и так не сомкнули глаз с самого приезда, ты что, забыла?

– Но сейчас мы оба устали, и ты знаешь, что рано или поздно нам придется-таки поспать. – Лия покачивалась на низкой ласковой волне. – В моем раю мы никогда не будем расставаться, даже для того чтобы поспать.

– Знаешь, мне нравится твой рай, – тихо сказал Марко и, отплыв назад, стал откровенно любоваться Лией. – Расскажи мне о нем еще что-нибудь.

– Я бы не работала на Виктора, а ты… ты бы тоже нигде не работал. Мы бы весь день лежали, ели, нежились…

– И страшно бы разжирели от такой жизни, да?

– Нет, когда занимаешься любовью, тратишь так много калорий, что не разжиреешь. – Она игриво брызнула в Марко водой.

– Да, от такого секса, как сегодня ночью, можно похудеть. – Он плеснул водой в лицо Лии.

– Так, может быть, мы уже теперь живем в моем раю?

– Мне тоже так кажется. – Марко бросился к Лии.

– На такой глубине мы ничего не сможем сделать, Марко, – улыбаясь, воскликнула она. – Нам нужны руки, а то мы потонем.

– Только не в раю. – Он жадно поцеловал Лию. Оба погрузились в воду с головой.

– Давай поплывем на мелкое место, – предложил он, когда их головы показались на поверхности.

– Прямо сейчас. Я еще никогда не занимался с тобой любовью в океане.

– Мне тоже не приходилось.

– С каких это пор… о! – Марко вытянул руку, указывая на пожилую чету, которая, не спеша выйдя из коттеджа, направилась к воде.

– У нас появились зрители.

– Может быть, мы все-таки сделаем то, что решили? Пусть старички разогреют кровь ожившими воспоминаниями.

– Разогреют кровь? Да они же умрут от такого зрелища. Пошли, – произнес Марко, смирившись. – Вернемся в дом и займемся разогреванием крови наедине друг с другом.

– Хорошо, – согласилась Лия, – но я не забуду о твоем предложении заняться любовью в океане.

– Нет проблем. Мы займемся этим в следующий наш приезд на Санибель.

Она изумленно посмотрела на Марко, и он широко улыбнулся.

– Мы вернемся на Санибель? – недоверчиво спросила она. – Когда?

Марко пожал плечами, пожалев, что заговорил о будущем. В своих разговорах они никогда не строили планов.

– Не знаю, – сказал он. – Когда-нибудь.

– О! – только и смогла вымолвить Лия.

Некоторое время они молча плыли к берегу, и интуиция подсказывала Марко, что Лия вот-вот скажет ему что-то очень сокровенное и важное о будущем… скажет что-то такое, что сделает это будущее надежным и… словом, что-то такое, что сделает возможным это будущее.

Глядя на отчужденное лицо Лии, Марко был уверен, что она вот-вот заговорит. Наконец-то она откроется. Вот оно. Снегурочка собирается растаять.

Но интуиция, которая редко подводила Марко, на этот раз не сработала.

Лия так и не произнесла заветных, сокровенных слов ни по дороге в дом, ни позже, в постели, ни потом, по возвращении в Майами.

Наступили другие времена, заслонившие тот эпизод на солнечном острове, когда Марко показалось, что еще немного – и Лия раскроет перед ним свою глухую раковину и приподнимет завесу над своей частной жизнью. Но… это действительно лишь показалось ему. Лия продолжала беречь свои секреты.