— Не расстраивайся. Здесь начвещь тоже из десантуры. Так что будет с кем пообщаться.

— У меня то же самое, — грустно сказал Володя. — Вечером пошел к подруге, в подъезде трое заломили руки, кляп в рот, в милицейский «бобик» и прямиком к Сурету в гости. Потом все сам знаешь. Чем тут заниматься будем?

— Готовить стадо новобранцев к войне. Все по минимуму. Ты же пехота?

— Точно — «махра».

— Вот эти БМП-1 знаешь?

— И «двойку» тоже знаю. В училище изучал, и здесь приходилось с ними работать. Но эти не из нашего полка.

— Будешь на них обучать личный состав как ездить и воевать. Сумеешь? Мы с Витькой, а теперь и с потомственным дворянином — дубовые в этом железе. Сумеешь?

— Обижаешь! Я же Омское ВОКУ окончил! Нас знаешь, как к войне готовили!

— А сам откуда?

— Из Новосибирска.

— А я из Кемерово, и Кемеровское ВВКУС окончил. Ну, здорово, зёма!

— Здорово, земляк! — мы обнялись.

— А ты откуда, Александр?

— Из Перми.

— Тоже наш земляк! С Урала.

Тем временем началось построение на плацу. Мужики пошли в строй новобранцев, я — к строю «стариков». Встал сбоку, закурил. Витьки не было видно. Увлекся. Видно, точно любовь.

Гусейнов вышел на середину плаца. Комбат доложил ему, рядом стояли мулла и начальник штаба.

Командующий начал выступать. Много было сказано о патриотизме, о коварном враге, о том, что нужно каждому положить много сил, а может и жизнь в борьбе за независимость своей Родины.

Потом перешел к главному.

— Вы все видите, что правительство и командование прилагает все усилия для того, чтобы обеспечить вас техникой. Вот видите, привезли четыре БМП. А также для борьбы с воздушными целями противника — зенитные комплексы. Для улучшения качества обучения к вам прибыли три офицера-добровольца, — по рядам прокатилась волна смеха.

Гусейнов понимающе улыбнулся. Понятно, бог и царь, куда деваться.

— Также к нам присоединились — на этот раз совершенно добровольно — пятьдесят человек, русских. Это жители села Новоивановка. Армянские террористы разграбили село, многих убили. Этим жителям ничего не оставалось, кроме как взяться за оружие. Это еще раз подчеркивает, что для противника нет ни флага, ни Родины — они бандиты.

Вот это новость. Теперь понятно, откуда русские добровольцы у Гусейнова. Здесь их называли «молокане». Много было русских сел как на территории Азербайджана, так и Армении еще с царских времен. Да и Сталин любил такие вещи: на территории национального образования устраивать русские поселения. Разбавлять население. Много было смешанных браков.

Но вот от армян я такой подлости не ожидал, что будут они своих братьев-христиан убивать. Козлы! Нечего сказать. С этими все понятно, у них, вон, за победу даже мулла-замполит молится, а вот у армян попы, интересно, есть? Будут пленные, надо будет спросить.

Я задумался и пропустил, о чем говорил Гусейнов, лишь видел, что к нему подошла Аида. Батальон заржал. Понятно, что мужики долго с женщинами не общались, но здесь был особый случай. На краю плаца стоял и нервно курил Витька. Лицо было покрыто пунцовыми пятнами. Левая кисть непрерывно сжималась в кулак. Я внимательно смотрел на него, лишь бы дурить не начал, и не вздумал хвататься за пистолет. Витька докурил одну сигарету, начал доставать другую, пачка порвалась, часть сигарет высыпалось, он даже не стал поднимать их.