Посреди комнаты на земляном полу стояла простая плетеная колыбелька из мшистых буковых прутьев. И в этой колыбели лежал пухлый лепечущий малыш, который глядел на вьющееся над его головой облако воронов глазами, полными страха и изумления. На нем был коричневый вельветовый комбинезон, весь измазанный в грязи и, по-видимому, в пятнах птичьего помета.

Кертис разинул рот от изумления.

— Мак? — выдавил он.

Малыш посмотрел на Кертиса и агукнул. От черной массы отделился один ворон и уселся на бортик колыбели. В клюве у птицы извивался длинный толстый червяк. К отвращению Кертиса, ворон уронил червяка в открытый рот Мака, и ребенок с удовольствием его сжевал.

— Гадость, — прошептал Кертис. Желудок противно съежился.

В голове бешено забегали мысли: в курсе ли губернаторша? Знает ли войско, что в логово проникли посторонние? Наверняка, если Александра узнает, она не потерпит вторжения.

— Мак, сейчас я тебя отсюда вытащу, — сказал Кертис, очнувшись от забытья.

Подняв саблю над головой, он начал приближаться к удивительной колыбели. Вороны, встревоженные незваным гостем, принялись яростно кричать и каркать. Когда мальчик подошел совсем близко, несколько птиц спикировали на него, разрывая когтями ткань его мундира. Размахивая саблей, чтобы отразить нападения, он наклонился к колыбели и свободной рукой обхватил Мака. Тот радостно забулькал. На губе малыша по-прежнему болтался кончик полупережеванного червя. Разгневанные вороны стали атаковать с удвоенной яростью, и Кертис с Маком на руках скрылся за завесой из черных перьев, клювов и когтей. Когти царапали ему лицо, клювы рвали одежду и щипали до крови. Мальчик с трудом ковылял, неловко размахивая саблей перед собой. Мак начал плакать. В волосах Кертиса путались когти, крылья били по лицу так, что он почти ничего не видел. Мальчишка закричал от боли и бессилия, и вдруг сквозь птичий гомон до его слуха донесся голос.

— Прекратить! — приказал этот голос. Кертис тут же узнал Александру. — Прочь! — скомандовала она.

Буря немного утихла, и Кертису удалось поднять голову и открыть глаза. Сквозь истончившуюся завесу перьев он различил силуэт губернаторши.

— Александра! — закричал он. — Я нашел Мака! Брата Прю!

Он умолк. На плечи Александры, которая стояла у входа и оценивала ситуацию, опустилось несколько воронов. Один приземлился на руку, и она рассеянно потрепала его по перьям рукой, унизанной кольцами.

— Он был… тут, — добавил Кертис, мрачнея по мере того, как до него доходило происходящее.

Александра, не глядя на мальчика, подняла руку так, чтобы сидящий на ней ворон оказался на уровне ее глаз. Птица неодобрительно каркнула, на что губернаторша спокойно улыбнулась и успокаивающе заворковала. Удовлетворенный услышанным, ворон снова перевел холодный взгляд на Кертиса.

— Что ты здесь делаешь, Кертис? — спросила Александра.

Заикаясь, мальчик ответил:

— Я про… просто шел и… ну, услышал плач и зашел, это, проверить.

Мак по-прежнему заходился рыданиями.

Александра стремительно и уверенно прошла вперед. Ворон слетел с ее руки. Женщина забрала Мака и принялась баюкать его, мягко успокаивая.

— Тише, — шептала она. — Ш-ш-ш.

— Вы… — начал Кертис. — Вы про это знали? — Ручеек крови стек по его лбу и запутался в брови.

Александра принялась покачиваться туда-сюда, не сводя глаз с ребенка, который потихоньку успокаивался.

— Вы про это знали? — повторил Кертис громче.

Его голос испугал Мака, и тот снова начал плакать.