Внимание ее привлекло какое-то красное пятно на подушке. Там лежала еще одна красная роза. Она осторожно подошла, не сводя с нее глаз. Вставая с постели, она ее не заметила.

Свифт. Он каким-то образом проник в дом, а потом ушел. Несмотря на безупречную красоту розы, Эми была уверена, что ее оставили не из романтических побуждений. Он хотел этим что-то ей сказать. Что? Да ясно же. Запирай свои двери и окна. Запоры меня не остановят. Ничто не остановит. Я стоял над тобой, когда ты спала, а ты даже и не догадывалась, что я здесь.

Она постучала себя ладонью по груди, стараясь вновь обрести дыхание. Ей нужно что-то сделать, чтобы отвадить его, и сделать это надо как можно скорее.

Топор опускался вновь и вновь, пока чурбан не разваливался на две половинки. Пот заливал Свифту глаза, но он продолжал колоть, правда, уже сомневаясь, что у него хватит терпения на весь запас дров Охотника.

Маленькая трусиха! Она ушла в школу, как будто ничего не случилось, даже не посмотрев в сторону дома Охотника. Как долго ему надо будет еще подталкивать ее, чтобы она ударила в ответ? Свифт стиснул зубы, с остервенением опять замахиваясь топором. Он ожидал от нее большего. Ну хотя бы какого-нибудь сопротивления. Даже если она вся дрожит при виде его.

Задохнувшись, Свифт всадил топор в колоду и оперся на него. Что с тобой случилось, Эми? Она пряталась в своем доме целых четыре дня. Можно подумать, что она лишилась чего-то самого важного. Он понимал, что она боится его, но не до такой же степени! Куда делась ее гордость? И тот неустрашимый характер, который он знал? Теперь ее единственным ответом на все происходящее была испуганная бледность и дрожь в коленях.

Печальная улыбка искривила его губы. Признайся, Лопес, в глубине души ты надеялся, что ей понравятся розы, что вместо того, чтобы продолжать не замечать тебя, она даже скажет «здравствуй» и объявит мир.

— Мистер Лопес!

Свифт обернулся на голос, недовольный собой, ибо позволил кому-то подойти к нему незамеченным. Он может считать себя покойником, если такое будет часто повторяться. Взгляд его остановился на высоком, плотно сбитом мужчине, шедшем прямиком к нему, распугивая кур Лоретты, копавшихся во дворе в поисках зернышек. Солнце играло на бляхе на рубашке мужчины. Свифт выругался себе под нос.

— Вы, должно быть, шериф Хилтон?

Представитель закона кивнул и остановился, не доходя нескольких футов до Свифта и беспокойно поглядывая на его револьверы.

— Извините за то, что мне приходится представляться таким образом. Но на вас была подана жалоба.

Свифт вытер пот с лица, глядя в сторону школы.

— Я понял это, когда увидел ваш значок. Она грозилась пойти к вам. Но я не думал, что она и вправду пойдет.

— Вы ошиблись. — Шериф Хилтон нахмурил брови. — Я так понял, что вы прошлой ночью входили в дом мисс Эми без ее разрешения… дважды. Вы не будете этого отрицать?

Свифт сильнее сжал ручку топора.

— Нет.

— Сдается мне, что мужчина мог бы найти для себя более интересное занятие, чем мучить беззащитную женщину.

Завтрак и розы считаются мучением? Свифт переступил с ноги на ногу.

— Беззащитную? Похоже, вы плохо знаете Эми, шериф. Да в нее дьявол вселяется, когда ей вожжа попадает под хвост.

Шериф поскреб подбородок.

— И тем не менее, я намерен настаивать, чтобы вы оставили ее в покое. Могу я заручиться вашим словом на этот счет?

Свифт распрямил плечи.

— Нет, сэр, не можете.

Шериф снова бросил взгляд на револьверы Свифта.

— Однако вам придется дать его, или я посажу вас под замок.