— Не такой уж зеленый, я ведь всего на год младше тебя.

— Но у меня намного больше здравого смысла, — с укором произнес Ричард.

— Нет, необязательно, — он возражал Ричарду, пытаясь сохранить достоинство. — Просто ты не сталкивался с искушениями. — Он снова закрыл глаза. — Кроме того, один раз позволить себе выпить лишнего не такой уж грех. Да и наказание за такой проступок приходит немедленно. Я чувствую себя ужасно.

— Нэд, — осторожно проговорил Ричард, — сколько из этих трех дней ты можешь восстановить в памяти?

— Ничего, — ответил Нэд, не открывая глаз. — Пусто. Должно быть, я очень здорово провел время.

— Ты не помнишь девушку по имени Джакоза?

— Нет. Кто она? Где я?

— Джакоза дочь Жана де Трувиля, городского мясника. Очень зажиточный человек, однако грубый и неотесанный, несмотря на приставку «де» в своем имени. Ты в его доме, в комнате для гостей, а Джакоза, твоя жена, сейчас внизу.

Нэд открыл глаза, моментально придя в себя.

— Моя кто?

Он попытался немедленно подняться, но невольно застонали схватился за голову.

— Как мне плохо. Не надо так шутить с самого утра, прошу тебя.

— Уже давно не утро, и я не шучу, — ответил Ричард.

— Нет, ты шутишь. Мне даже не нравится, как это звучит… Моя жена? Я не могу жениться, потому что я на королевской службе. Чтобы жениться, мне требуется специальное разрешение милорда.

— Я рад, что ты понимаешь всю серьезность своего положения, — тихо продолжал Ричард. — Я предлагаю тебе подняться и привести себя в порядок, хотя ты и не можешь побриться, пока не попадешь в лагерь.

— Хорошо, но ради Бога, скажи мне, что означает вся эта чепуха о моей жене.

Ричард помог племяннику подняться на ноги, а пока тот умывался, рассказывал ему все по порядку.

— Насколько я понял из рассказа торговца, французский которого совсем не такой, какому нас учил господин Дженни, ты сделал предложение девушке во время танцев на городской площади вчера утром. Очевидно, девушка вышла на площадь повеселиться, но толпа разделила ее с дуэньей. Ты увидел, что ей досаждают какие-то пьяные солдаты, и, как галантный джентльмен, решил позаботиться о девушке, хотя был пьян не меньше этих солдат.

— Мне нравится, как тщательно ты выбираешь слова… Надосаждали! Я представляю… Ладно, что дальше?

— Когда продолжилось веселье, ты объяснил девушке, какой ты замечательный молодой человек и предложил ей выйти за тебя замуж. Она привела тебя домой, где тебя встретили с распростертыми объятиями и начали щедро угощать, полагая, что их дочка подцепила прекрасного жениха.

— Бог ты мой, я начинаю вспоминать. Я еще подумал, до чего же они дружелюбные, все время похлопывают меня по плечу и накачивают вином. Однако должен тебе сказать, что девушку, хоть убей, не помню. Там девушек было полным-полно. Ты хочешь сказать, что меня так приветливо встретили потому, что их дочь собирается за меня замуж, а я жених? Тогда все в порядке. Тебе достаточно объяснить, что это была ошибка.

— Я должен это сделать? — язвительно спросил Ричард.

— Ну, твой французский намного лучше моего. Только потому, что я не очень хорошо знаю их язык, и произошла ошибка. Они поймут. В любом случае, они не могут держать меня здесь, мне скоро отправляться в поход. Не пойдут же они со мной в Англию.

Ричард печально посмотрел на него.

— Боюсь, у нас нет никакой возможности расторгнуть этот союз.

— Что ты хочешь этим сказать, Дикон? Ну, говори.