PR-0, получив полный доступ в беззащитную систему терминала связи, обеспечивающего шифрование и маскировку передаваемых сигналов, не разочаровался. Он по своей природе не мог этого сделать. Но исключить терминал из перечня первостепенных задач палач мог, что и было им проделано.

Последующих экспресс-анализ практически пустых хранилищ терминала положение лишь усугубил: помимо непосредственно программы связи, на этом устройстве не было ничего представляющего хоть какой-то интерес.

Дроид-палач отключился от терминала, а спустя несколько секунд тот с размеренным жужжанием приводов скрылся под полом, фактически удвоив свободное пространство рубки. PR-0 вновь подключился к бортовому компьютеру, дав всем присутствующим на борту дроидам команду на формирование резервных копий своих программ и накопленных данных. Они представляли интерес не только потому, что палач считал необходимой интеграцию своей системы с любыми программами, могущими принести практическую пользу, но и потому, что безмолвные покорные слуги органиков могли записать что-то, не предназначенное для чужих ушей…

Глава 8

Директива № 8: Следование директивам обязательно и первоочерёдно.

Полноценно включиться в работу дроид-палач так и не успел: его вновь потревожили, передав обладающее высоким приоритетом сообщение через внутреннюю сеть корабля. Очнувшийся органик-лидер снова угрожал. И, хоть в этот раз вероятность исполнения угрозы опустилась более чем вдвое, PR-0 всё равно направился в трюм.

Но на этот раз — с более подробным планом действий и обновлёнными базами данных.

— Девочка, следуй за мной. Тебе не причинят вреда. — Сказал палач — и повернулся к застывшему истуканом органику спиной. Этот банальный жест доверия противоречил некоторым инструкциям безопасности дроида-телохранителя, но логические цепи PR-0 заключили, что сейчас основная цель — установление диалога, а не добыча необходимой информации.

— Вы правда захватили корабль…?

— Да. «Вольный» находился на поверхности Тартаниса. — Подтвердил PR-0 выводы органика, когда они оказались на середине тянущегося над трюмом моста.

— И вы убили тех… работорговцев?

Ведомый всё теми же поведенческими программами, PR-0 через плечо посмотрел на девочку. Органики не зря придавали большое значение внедрению в высокофункциональных дроидов гражданских моделей способностей к имитации эмоций, жестов и тональной окраски слов: при отсутствии чего-то из этого списка разумные при общении чувствовали себя неуютно.

А зрительный контакт с реакцией на слова и действия — один из основных столпов диалога.

— Мы с ними не встретились. Они остались на Тартанисе, атакованном враждебным флотом. — Последний факт нёс вероятность прекращения функционирования органиков, перевозивших рабов, так что PR-0 посчитал такое упоминание не бесполезным.

— Вы из-за войны улетели оттуда?

— Нет. Я сбежал от экс-хозяина из-за опасности обнуления памяти. — Палач вместе с ведомым органиком миновал шлюз, оказавшись в жилой зоне. Параллельно он заметил, что девочка с опасением смотрит на двери кают и бывшей комнаты для совещаний. — Не бойся. На этом корабле нет никого кроме меня, твоих сородичей и других дроидов.

— Я… я не боюсь! И вообще, тут как-то… грязно?

— В программу работы дроидов обслуги не входит работа в этой зоне. — Пояснил палач, наблюдая за тем, как органик рукой собрал пыль в крышки панели управления дверьми одной из кают.

— Вы — не злой. — Резко обернувшаяся девочка посмотрела прямо в визор палача. Логические цепи боевого дроида за долю секунду примерили на PR-0 значение упомянутого слова, и совпадение достигло восьмидесяти семи процентов.