— Вот и хорошо. До чего же все-таки она тебя изменила! Это верно. Меня будоражит мысль, как на перемену во мне отреагирует Чарлз. Пусть даже меня ожидал провал на собеседованиях, все же я многому научилась. Особенно уверенности в себе.

Интересно, а что подумает Суон, если, разумеется, придет? Он ни разу не видел меня ни в чем ином, кроме мешковатых футболок и грубых джинсов. Неплохо, что я буду во всеоружии, когда столкнусь с ним лицом к лицу.

— Чарлз, дорогой! — восклицает Ванна. — Анна, вон твой жених.

Я смущенно краснею, словно кто-то мог прочесть мои мысли. Чарлз стоит у входа, в руках у него два огромных букета роз.

— О, Чарлз! — Я устремляюсь к нему.

— Добрый вечер, леди, — кивает он мне и Ванне. Сегодня он в темном костюме и в туфлях на высоких каблуках, бородка аккуратно подстрижена. — Ванна, это тебе. — Он протягивает ей охапку белых и желтых роз. — Заранее извиняюсь, если кто-то из гостей намусорит в твоем уютном доме. — Анна, дорогая, этот букет для тебя. — Чарлз протягивает мне невероятно большой букет красных роз. — Я так благодарен тебе за то, что ты оказала мне честь стать моей женой.

— Да какая там честь! — смеюсь я, передавая букет домработнице Ванны, которая уносит цветы, чтобы поставить в воду.

— И все же спасибо за лучший подарок в моей жизни — за то, что ты готова отдать мне свою руку.

Я обнимаю его и подхватываю бокал с шампанским с подноса проходящего мимо официанта.

— Давай выйдем на крыльцо, чтобы приветствовать гостей, — предлагаю я Чарлзу.

Он улыбается и протягивает мне руку.

Какой галантный! Мне ни разу не пришлось усомниться в том, что он джентльмен.

— Как тебе мое новое платье? — спрашиваю его. — И мой макияж? Я очень тщательно готовилась к этому вечеру.

— О да, ты отлично выглядишь, — дежурно отвечает Чарлз, едва взглянув на меня.

Я пытаюсь убедить себя, что это ничего не значит. Просто мужчины не слишком внимательны к таким мелочам.

Марка Суона так и нет.

Вечеринка в разгаре. Ванна превзошла себя и в угощениях, и в украшении дома. Подают целых три вида шампанского, включая розовое, которое я очень люблю, пирожные от известного лондонского кондитера в крохотных бумажных коробочках, карпачо из говядины, всевозможные закуски. В саду играет струнный квартет, все залито светом фонарей, на наружных стенах дома развешены стеклянные канделябры со свечами. Прямо в саду накрыт огромных размеров стол с хрусткой скатертью и салфетками, хрусталь ловит отблески огней, и на всех гранях фужеров пляшут мириады искр. На больших плоских блюдах выложены цыплята табака, очень остро пахнущие, украшенные зеленью и свежими овощами. В малюсеньких пиалках всевозможные соусы, тут же черные и зеленые оливки, кубики сыра с плесенью и без, кусочки лосося, жаренного на гриле, грибы в винной заливке, спаржа в кляре, аккуратные ломтики ветчины и буженины.

С некоторым опозданием заявляются Лили и Джанет, обе под руку с кавалерами — Генри и Эдвардом. Я замечаю, как манерно поведение Лили, к тому же она явно пытается капризничать. Джанет ведет с Генри вежливую беседу, тогда как Лили то и дело дергает ее Эда: тот приносит шампанское, кусочки дыни, салфетки — в отличие от Генри, которому, похоже, наплевать на выпендреж своей подружки. Лили очень нравится отдавать приказания приятелю Джанет, которая от этого вовсе не в восторге. Однако при взгляде на Генри Лили тает, и вид у нее становится подозрительно счастливым.

— Прости, дорогой, — говорю Чарлзу, осторожно потянув его за рукав, — я ненадолго отлучусь, хорошо? Хочу перекинуться парой слов с подругами.