Доктор Дисмас ткнул в Йаму пальцем, и тот с трудом удержался, чтобы не отшатнуться.

— Все из-за тебя. Ты — мой должник, Йамаманама.

Дитя реки, это правда, но вот какой реки, хотелось бы мне знать. Уверен, что не нашей Великой Реки.

— Вы что-то знаете о моей семье! — Йама не мог сдержать жадного любопытства, и оно прозвенело в его голосе, поднимаясь и раздуваясь в его душе — он хотел смеяться, петь, танцевать. — Вы знаете о моей расе.

Доктор Дисмас сунул руку в карман своего длинного сюртука и достал пригоршню пластмассовых соломинок.

Он посчитал их в своей длинной костлявой ладони и бросил на стол. Он хотел принять решение, обращаясь к методу случайных чисел; Йама уже слышал об этой его привычке от Ананды, который сообщил о ней возмущенным тоном.

Йама спросил:

— Вы решаете, сказать мне или нет, доктор?

— Ты смелый мальчик, раз спрашиваешь о запретных знаниях, ты заслуживаешь какого-то ответа.

Доктор Дисмас стряхнул с сигареты пепел.

— Быки и верблюды, антилопы, ослы и лошади, — все работают в ярме под надзором мальчишек не старше тебя, и даже моложе, а вооружены они только свежесрезанной хворостиной — больше им нечем грозить своим подопечным. Почему так происходит? Потому что та часть существа этих животных, которая рвется к свободе, была сломлена и заменена привычкой. Чтобы поддерживать эту привычку, достаточно хворостины, ничего больше. Даже если освободить этих животных от грузов и упряжи, они окажутся слишком изломанными, чтобы вообразить, что можно уйти от хозяев. Большинство людей похожи на этих животных, дух их изломан страхом перед фантомами религии и власти. Я много трудился, чтобы сломать привычку. Надо быть непредсказуемым — только так можно обмануть тех, кто считается хозяевами людей.

— Я думаю, вы не верите в Хранителей, доктор.

— Я не ставлю под сомнение их существование. Разумеется, они когда-то существовали. Наш мир — тому доказательство; Око Хранителей, упорядоченная Галактика — это все доказательства. Но я ставлю под сомнение великую ложь, которой жрецы гипнотизируют население, что Хранители наблюдают за нами и мы должны соответствовать их требованиям, чтобы заслужить воскрешение и вечную жизнь после смерти. Как будто существа, определяющие траектории звезд, могут думать о том, бьет ли человек свою жену, или о том, дразнит ли один ребенок другого. Это хлыст, который удерживает людей на своих местах, чтобы так называемая цивилизация могла катиться по накатанной дороге. Плевать я на это хотел!

Тут доктор Дисмас и правда сплюнул, деликатно, как кот, но Йама все-таки был поражен.

Аптекарь снова пристроил свой сигаретный мундштук во рту, вцепившись в него крупными тупыми зубами.

Когда он улыбался, не выпуская мундштука, бляшки на скулах выглядели как рельеф древесины.

Доктор Дисмас продолжал:

— Хранители создали нас, но теперь они ушли. Они мертвы, и это дело их собственных рук. Они создали Око и провалились за его горизонт со всеми своими мирами.

А почему? Потому что они отчаялись. Они трансформировали Галактику и могли переделать Вселенную, но у них не выдержали нервы. Они оказались трусливыми дураками, и каждый, кто верит, что они все еще за нами следят, еще худший дурак.

На это Йама ответить не мог. Не было нужного ответа.

Ананда прав. Аптекарь — это монстр, не желающий служить никому и ничему, кроме своей чудовищной гордыни.

Доктор Дисмас сказал;

— Хранители ушли, но машины остались, они по-прежнему следят за нами и управляют миром по устаревшим рецептам. Разумеется, они не могут одновременно следить за всем, вот они и строят модели, чтобы прогнозировать поведение людей, а потом следить только за отклонениями от нормы.