Я же дождался, когда мамаша с детьми исчезнет внутри, чтобы воспользоваться машиной. Не запирать двери и оставлять ключ в замке зажигания транспортного средства — это дурная привычка. Через пару минут я уже катил по улицам подальше от медицинского учреждения. А навстречу мне по обеим сторонам дороги вставали небоскребы ненавистного вражеского города.

От угнанной машины нужно было тоже срочно избавляться. Ведь блондинка может заявить об угоне в любой момент, да и прав у меня нет. В одежде медбрата ничего интересного не обнаружилось, кроме одноразового носового платка и ключика от ячейки в раздевалке. Но, идти искать эту раздевалку и его ячейку в ней времени у меня уже не имелось. Да и не знал я номера. Ну, не пробовать же ключ ко всем ячейкам, пока не подойдет? Там, наверняка, кто-нибудь увидит. Потому плюнул на это дело и не стал заниматься ерундой.

Я проехал сквозь деловой центр сити. Людей много. Затеряться легко. Вот только проблема состояла в том, что я все еще был одет во все белое, да еще и с карточкой медбрата на шее. Так меня быстро заприметят. Нужно срочно переодеться. Магазинов одежды вокруг полно. Да только денег нет. Документов нет тоже. Я остановил минивэн блондинки на Оушен Парквей, как значилось на указателе.

Прежде, чем окончательно бросить машину, я тщательно обыскал ее. Но, в бардачке оказались только детские игрушки, а в багажнике меня неприятно удивила пустота. Только монтировку и сумел прихватить. Больше ничего полезного. Сунул железяку в левый рукав. Вспомнил, что левой бью совсем неплохо. Между деревьями блестел лазурной гладью под ярким солнцем океан. А вдоль него шла зеленая полоса парка. Очень хотелось есть, а денег не было даже на еду. Совсем не имелось никаких денег. Для исправления положения я решил устроить засаду и поспешил в сторону парка. В правой руке я по-прежнему держал пакет с медикаментами, а левой удерживал в рукаве монтировку.

Нашел довольно густые кусты вне зоны обзора видеокамер, зашел за них и снял с себя медицинский наряд, засунув его поглубже среди колючек агавы. Теперь на переодевание понадобится гораздо меньше времени. Я чувствовал себя охотником, голым дикарем, охотящимся в джунглях. Мимо кустов время от времени проходили люди. Оставалось лишь выбрать жертву, одежда которой мне подойдет.

Молодой темнокожий парень по имени Дэн Дженкинс старался бегать перед работой. Пробежка по парку возле океана в три мили длинной обеспечивала ему хорошую спортивную форму. Так он считал. Работа у Дэна была сидячая. Он целый день проводил за компьютером в офисе банка за скучным занятием оформления кредитов. И так было уже пять лет подряд, после того, как он окончил банковский колледж. На повышение рассчитывать особо не приходилось, потому что университетов Дэн не заканчивал. Да и вовсе учиться не очень любил, а место в банке получил по социальной квоте для афроамериканцев, будучи сыном безработной матери-одиночки и относясь к сообществу ЛГБТ. Дэн считал себя девушкой и потому тщательно следил за фигурой, бегая каждое утро, чтобы не располнеть. Белому традиционно ориентированному парню с аналогичным образованием на такое неплохое местечко в банк устроиться было бы затруднительно. А потому Дэну многие даже завидовали.

Начинался рабочий день. И народа в парке почти не было. Потому я обрадовался, когда в поле зрения попал этот чернокожий спортсмен. Он весело бежал по аллейке, а в ушах его торчали беспроводные наушники.