Боб обнял Элис за талию и привлек к себе. Элис бросило в жар, волна желания накатила на нее.

– Ты сводишь меня с ума. Я теряю голову, – пробормотал Боб, касаясь губами мочки ее уха.

Элис застонала от наслаждения и, обхватив руками шею Боба, почти повисла на нем. Боб самодовольно ухмыльнулся: ему льстила бурная реакция Элис на его ласки. Он не мог припомнить столь темпераментной любовницы, которая таяла бы от одного лишь его прикосновения. Да, из Элис выйдет толк, подумал Боб, осыпая поцелуями ее шею, она одаренная ученица.

Элис чувствовала сильное головокружение, будто она глотнула добрую порцию виски. Внизу живота она ощущала нестерпимое жжение, ей хотелось слиться с Бобом в единое целое, жадно пить его дыхание, слышать, как их сердца бьются в одном ритме, чувствовать, как он пронзает ее лоно…

Но Боб не торопил события. Он нежно щекотал чувствительную кожу ушей и шеи Элис дразнящими движениями языка и наслаждался ее реакцией: при каждом его прикосновении Элис издавала сдавленные стоны и вздрагивала всем телом. Никогда прежде Элис не испытывала ничего подобного и даже не подозревала, что простая ласка может доставлять столь острое, ни с чем не сравнимое удовольствие.

Закрыв глаза и медленно погружаясь в полузабытье, Элис нашарила верхнюю пуговицу рубашки Боба, расстегнула ее, потом вторую… Сняв с него рубашку, Элис залюбовалась телом своего любовника. Ее проворные пальцы скользнули вниз и быстро расстегнули пуговицу на поясе джинсов. Элис положила ладонь на «молнию», которая, казалось, вот-вот разойдется от мощного напора желания Боба, и слегка сжала ее. Дрожь возбуждения пробежала по телу Боба. Элис убрала руку и, присев на корточки, быстро расшнуровала ботинки Боба, а затем сняла их вместе с носками. Справившись с этой задачей, она выпрямилась и хотела снова положить ладонь на соблазнительно топорщащуюся ширинку, но Боб остановил ее.

– Не надо. Просто расстегни джинсы, – хриплым от возбуждения голосом сказал он. – Иначе я могу не совладать с собой.

Элис подчинилась. Ее поражала собственная дерзость. Элис понимала, что должна быть терпеливой. Ее цель – узнать, что такое разнообразный, изобретательный секс. И она медленно расстегнула «молнию» на джинсах Боба.

Джинсы упали на пол, и Боб, переступив через них, обнял Элис и зарылся лицом в ее волосы. Его сердце учащенно билось, горячее дыхание обжигало висок Элис. И она затрепетала в его руках, прильнув к нему всем телом. Колени Элис подкосились, и она опустилась на медвежью шкуру, увлекая Боба за собой.

Немного отстранившись от него, она окунула пальцы в земляничный джем и смазала им затвердевшие соски Боба. Он запрокинул голову и тихо застонал, от блаженства закрыв глаза. Но уже в следующее мгновение стоны Боба сделались громче: Элис обхватила сосок губами. Когда Элис перешла к другому соску и легонько сжала его зубами, Боб уже кричал от наслаждения. Перед глазами Элис плыли радужные круги. Казалось, еще немного – и она потеряет сознание от избытка переполнявших ее чувств. Вкус земляничного джема, смешанный с вкусом кожи Боба, сводил ее с ума.

Она провела ладонью по животу Боба и будто невзначай дотронулась до резинки трусов, но Боб перехватил ее руку.

– Не делай этого. Иначе я пропал… – сдавленно прохрипел он.

Элис даже не предполагала, что «уроки», которые она решила брать у Боба, доставят ей подлинное наслаждение. В комнате стоял запах земляничного джема, пламя в камине бросало красноватые отсветы на полуобнаженного Боба, лежащего навзничь на россыпи атласных подушек, разбросанных по медвежьей шкуре, и на склоненную над ним Элис.

– Элис, залитый солнцем цветочный луг… настоящий аромат порока… – пробормотал Боб.