Потом я вспомнила свою прапрабабушку, которая тоже похоронена здесь, и прабабушкиного брата, которого отравили наши родственники.

— Прапрабабушка, приходи ко мне! — стала звать я.

На небе сверкнула фиолетовая полоска, и камни вокруг меня задвигались, протянули ко мне каменные руки. У меня сердце заледенело, и я закричала. В глазах засеребрились маленькие точки, как на машине генерала Казибекова. И я оказалась в каком-то доме. Это был как будто наш дом и не наш. Стены были обмазаны глиной, полы деревянные, но без ковров — голые. Никакой мебели в доме не было, даже печки, поэтому было очень холодно. Только у стены стоял станок с уже начатым ковром. Я посмотрела по сторонам и увидела очень красивую женщину в старых одеждах. Она сидела перед станком на полу, поджав ноги.

— Все забрали, — сказала она, — ничего не оставили.

Она заплакала и взялась за ковер. Женщина вынимала из пучков разноцветные нитки — синие, желтые, красные, зеленые — и вплетала их в основу. У нее получались очень красивые узоры — ромбы, квадраты, разные фигуры.

— Хочешь попробовать? — спросила она.

— Хочу, — ответила я.

Она положила передо мной пучки ниток разных цветов и сказала, чтобы я выбрала свою нитку.

— Только выбирай осторожно, — сказала она. — От того, какую нитку ты выберешь, зависит твоя судьба.

Сначала моя рука потянулась за желтой ниткой. Мне нравится желтый — таким бывает солнце. Потом за красной — я люблю красный, он виден издалека. Но взяла я зеленую нитку, потому что такого цвета лето — когда все живое. Женщина покачала головой — ей не понравился мой выбор.

Она немного отодвинулась, уступая мне место у станка. И я вплела в основу свою нитку — поверх красного ряда. Женщина вынула из пучка еще зеленые нитки и вплела их над моей ниткой — получился Тамерлан.

— Это Тамерлан? — спросила я.

— Это овца — жертвенное животное, — ответила она. — Каждый ковер рассказывает свою историю. Ее можно прочесть в узорах.

— А какую историю рассказывает твой ковер? — спросила я.

— Мой ковер рассказывает историю Каменного Мальчика. Давным-давно, меня еще не было на свете, к нам в горы пришел страшный завоеватель и привел с собой множество воинов. Их было столько, сколько ворсинок в этом ковре. Они еще не дошли до нашего села, когда встретили мальчика. Он играл на свирели и пас овец. Вот они — вытканные зелеными нитками.

— А какого цвета мальчик?

— Красного, — сказала она и стала ткать свирель красными нитками. — Завоеватель приказал мальчику отвести их в село. Мальчик повел их, но завел в другую сторону — туда, где стоят непроходимые горы и не выпускают никого обратно. Когда завоеватель замахнулся над сердцем мальчика кинжалом, Аллах превратил мальчика в гору. Он до сих пор стоит в стороне от нашего села.

— А ты кто? — спросила я.

— Твоя прапрабабушка, — ответила она.

— Ты умерла! — крикнула я.

— Ты меня звала. — Женщина посмотрела на меня своими черными глазами.

В это время в комнату вошел мальчик — младше меня. Он принес с собой мой эмалированный чайник, с которым я все время ходила на родник.

— Все забрали, — повторила она, — ничего не оставили.

Мальчик поставил перед нами чайник и стаканы.

— Рамазан, налей чай, — сказала ему женщина.

— В чайнике холодная вода, — закричала я.