Почти дойдя до крыльца, Саша вдруг услышала какой-то звон, словно что-то разбили, и тут же глухо прозвучало проклятием. Судя по голосу, Тимофей явно был не в настроении. Но не возвращаться же, когда она уже у двери? Хотя идеи и манила.

Глубоко вдохнув, Саша подняла руку и постучала.

Какое-то время ничего не происходило. Будто бы хозяин раздумывал, а не притвориться ли ему, что никого нет дома? Но потом, все-таки, до слуха Саши донеслись тяжелые шаги и лязгнула защелка старого замка. От света, хлынувшего из дверного проема, пришлось немного прищуриться, но это не помешало хорошо рассмотреть Тимофея. Он явно не ожидал ее увидеть. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но только тряхнул головой и потер рукой скулу.

Саша задержала дыхание, ощутив, что не так с ним что-то. Не такой он, каким она привыкла его видеть. Даже мысль мелькнула, что может она не вовремя, и не один он… И сама себя укорила за то, что внутри все сжалось от подобной мысли. Две недели знакомы, зачем так реагировать? Но в доме, казалось, больше никого не было. А она так сосредоточилась на том, чтобы разобраться, что забыла обо всем другом.

Между ними повисло какое-то напряженное и неудобное молчание.

— Что-то случилось, Александра Олеговна? — наконец, глухим голосом, прервал то Тимофей, тяжело привалившись к косяку двери.

Так, что стала видна комната за ним и осколки стекла на полу, вперемешку с какими-то палочками и нитками, лоскутками. Только Сашин взгляд, почему-то, зацепился не за это, а за стол, на котором посреди таких же палочек и нитей стояла открытая, наполовину пустая бутылка водки, а может самогона, и стакан.

Он был пьяным. Или очень сильно выпившим. Саша пару раз моргнула, растерявшись, и попыталась осознать это.

— Что случилось, Александра Олеговна? — повторил он мрачным голосом, скрестив руки на груди. А на его щеках заходили желваки.

Очевидно, Тимофей понял, что она увидела бутылку.

— Ничего, — тихо ответила Саша, покачав головой. — Мне казалось, что мы перешли на «ты», — как-то невпопад заметила она и потерла лоб пальцами. Тимофей резко выдохнул. — Но, раз так, — она передернула плечами. — Вы точно не хотите с нами поужинать? — спросила Саша, не зная, как начать и все больше уверяясь, что он ее точно сейчас прогонит.

Во всяком случае, пускать ее в дом Тимофей не торопился.

— Нет, спасибо, — настолько вежливо и спокойно ответил он, что ей захотелось скривиться. — Я не голоден.

— Ага, ладно, — Саша кивнула.

И вдруг сделала то, чего сама бы от себя никогда не ожидала. Взяла и уверенно шагнула вперед, совсем как он когда-то, вынуждая его подвинуться и освободить ей пространство.

— А поговорить с вами можно, Тимофей Борисович? — так же вежливо спросила она, оказавшись в комнате. И заметила, как он вздрогнул, еще сильнее сжав кулаки.

— Можно, — Тимофей аккуратно закрыл дверь. — Если это до утра не подождет, — как-то напряженно заметил он, скосив глаза ей за спину. На бутылку.

Нет уж, завтра ее решимость может и испариться. Саша отрицательно покачала головой, уверенно выдержав его тяжелый, сумрачный взгляд.

Глава 8

— Я вас чем-то обидела? — спросила Саша, осторожно отступив, чтобы не задеть стекло.

И с удивлением поняла, что среди осколков валяется что-то, похожее на детский кораблик, только… то ли разбитый, то ли не собранный.

— С чего вы взяли? — с искренним удивлением спросил Тимофей, подойдя так, чтобы стать между ней и столом.

Бутылку, что ли, пытался спрятать? Так поздно уже.

— Возможно с того, что вы и двух предложений не произнесли в мою сторону с тех пор, как вернулись от отца Николая, да и в глаза не смотрите, — заметила она, видя что и сейчас он смотрит в сторону.