На третий день он выполнял свою обычную работу и был очень спокоен. Сознание казалось таким же неподвижным, как глубокая река, лишь изредка мелькало в нем то, что люди назвали бы мыслью. Но в сердце своем он все снова и снова повторял основной обет, открывающий тайны двеомера: я хочу знать, чтобы помочь миру. Он многое вспоминал – больных детей, которым сумел помочь; детей, которые умерли, потому что его снадобья не спасли их; согбенных фермеров, чей лучший урожай забирали себе знатные лорды; самих знатных лордов, чья жадность и жажда власти пришпоривали их и заставляли страдать, хотя они и называли свои страдания величием. Когда-нибудь в далеком будущем, в самом конце веков, вся эта тьма превратится в свет. Но пока конец не настал, он будет сражаться с тьмой там, где обнаружит ее. И первое место, где он найдет тьму – это его душа. Пока в его душе не засияет Свет, он не сможет помочь другим душам. Ради того, чтобы помочь им, молил он послать Свет ему.

На закате он сложил магические принадлежности в простой матерчатый мешок и пошел на берег озера. В сумерках соорудил он себе место – не богатую часовню, сверкающую золотом и пропахшую благовониями, но кусочек покрытой травой земли. Он очертил кинжалом круг, вырезал в его центре кусок дерна и положил на импровизированный алтарь свой мешок. На мешок он выложил кинжал, волшебную палочку и пентаграмму, потом наполнил чашку водой из озера. Он поставил ее к другим предметам и преклонил перед алтарем колени, повернувшись лицом к горам. Сумерки медленно сгущались, появились первые звезды, потом Взошла полная луна, казавшаяся огромной на туманном горизонте. Адерин сел на пятки и поднял руки ладонями кверху. Он сосредоточил всю свою волю, и ему показалось, что сквозь него струится лунный свет. Он простер руки перед собой и увидел на восток от своего алтаря два больших столба света – один серебристый лунный, второй темный, как черный огонь, горящий в ночь падающих звезд. Он опустил руки, и колонны света зажили своей собственной жизнью. Храм открылся.

Он по очереди брал магические предметы – кинжал для востока, палочку для юга, чашку для запада, пентаграмму для севера – и с их помощью рисовал в самых важных точках круга пятиконечную звезду. Он завершил сферу, с помощью мысли нарисовав звезду над собой и под собой. Вновь встав на колени, он увидел, что храм озарен могуществом, которое он сам не сумел бы вызвать. К нему пришли Владыки Света. Адерин встал и протянул руки на восток, между колоннами света. Он был совершенно спокоен. С сознанием острым, как острие кинжала, и глубоким, как чаша, он заставил свет собраться над собой, а потом увидел и ощутил, как свет опускается, пронзает его, как стрела и уходит в землю. Ему показалось, что он стал огромным и простирается через всю вселенную, голова его находится между звезд, ноги упираются в крохотную вращающуюся сферу земли далеко внизу; огромным, восторженным – и беспомощным, пришпиленным к кресту из света, неподвижным, полностью во власти Великих.

Голос пришел ниоткуда и отовсюду.

– Зачем тебе Знание?

– Только чтобы служить другим. Не для себя.

Дунул ледяной ветер, он ощутил головокружительное вращение и падение, ощутил, что уменьшается – и вот уже снова стоит на мокрой траве и видит вокруг себя храм, колонны светятся, магические предметы тоже излучают свет, большие пятиконечные звезды пульсируют.