– О, Сэм! – выдохнула Леони. – Какое чудо!

Внезапно он встал, вновь заключил ее в объятия и завладел ее губами.

– Больше я не могу ждать ни секунды, – простонала Леони. – Я хочу тебя. Иди ко мне…

Ее слова пронзили Сэма подобно электрическому разряду. Не отрываясь от ее губ, он расстегнул ремень и молнию бриджей, взял Леони за руку и приложил ее к пульсирующей плоти.

Затем Сэм подхватил ее снизу под колени, прижал спиной к стене и развел ноги. Его ладони касались ягодиц Леони. Она обвила его ногами, и в тот же миг он вонзился в ее лоно.

Леони не сдержала крик экстаза. Сэм стал наносить страстные удары, сильные и продолжительные, выходя из нее, а потом вновь погружаясь в манящие глубины.

Леони казалось, что она не выдержит такого мощного натиска, но неудержимая страсть Сэма только усилила ее безумное желание.

И вот уже Леони застонала, не сумев сдержать дрожь. Ее возгласы подхлестнули Сэма, ритм ударов ускорился, и он взорвался, содрогаясь всем телом.

Задыхаясь, хватая ртом воздух, он прижимал к себе Леони еще несколько долгих минут, жадно впитывая вкус ее губ, и наконец простонал:

– Я люблю тебя, Леони. Я люблю тебя… Люблю…

– И я люблю тебя, – призналась она.

Сэм осторожно поставил ее на пол, лицом к себе. Вспышка страсти оставила их обоих обессиленными. Сэм держал Леони в объятиях, покрывал легкими поцелуями лицо, шею, уши, пока их дыхание не выровнялось, а сердца не застучали тише.

– Это правда? – спросил он. – Ты действительно любишь меня?

Леони смотрела ему в глаза.

– Да, правда, Сэм. Я люблю тебя.

Он теснее прижал ее к себе и надолго застыл в такой позе.

Наконец они разжали объятия.

Сэм подобрал трусики Леони, протянул их ей, и она оделась. Он застегнул молнию бриджей и пояс.

Леони вдруг покачала головой и расхохоталась.

– Мы спятили!

– Точно, – согласился Сэм, смеясь вместе с ней. – Спятили от любви.

Рука об руку они вернулась на террасу, где выпили вина, не разжимая рук и не сводя глаз друг с друга. Ничто не могло вернуть их на землю после путешествия в заоблачное царство плотских наслаждений.

Леони первая нарушила молчание:

– Давай перекусим и немного вздремнем. Мы можем устроиться наверху, в большой спальне – конечно, если ты не торопишься.

– Разумеется, нет. Мне некуда спешить. Сегодня кузен Дирк везет Минит на вечеринку. Предполагается семейное сборище. – Он скривился. – Я такие стараюсь избегать.

Он поднялся, возвышаясь над Леони, и протянул ей руку.

– Идем.

* * *

На подносе стояли полупустые блюда с сыром – сладковатым маскарпоне, пряным шеврским, пикантным бри, плавленым сыром с острыми, высушенными на солнце помидорами и сыром фета с базиликом и сдобренным чесноком хуммузом. Тарелочки с маслинами – греческими, в масле и в вине – и вафлями образовали полукруг рядом с сырами. На полу рядком выстроились сапоги Сэма и сандалии Леони.

Все восемь круглых окон и несколько рам купола были открыты, по спальне гулял прохладный бриз. Мерцающие свечи освещали остатки пиршества, подле них искрились хрустальные бокалы. Лежа на кушетке бок о бок с Леони, Сэм нежно гладил ее руку, пока она рассказывала, как прошла поездка в Нью-Йорк и о том, что она прочла в «Таймс».

– Не думал, что такой пустяк способен выбить тебя из колеи, – заметил Сэм.

Леони вздохнула:

– Я ничего не могу с собой поделать. Меня преследует ощущение, что со мной что-то не в порядке, если я так ошиблась в выборе мужа.