Изменить размер шрифта - +

Без лишних разговоров Эван проследовал за агентом к выходу и далее – к поджидавшему их на улице лимузину.

Другая цель его нынешнего пребывания в Британии заключалась в открытии несколькими неделями позже нового театра Уэльсской национальной оперы в Кардиффе. Формально нынешний прием был посвящен празднованию грядущего события и позволял хоть на следующий день идти с протянутой шляпой к скопидомам из Казначейства, которые как раз и контролировали средства на поддержание и развитие искусства. Эван долго вынашивал этот проект донести оперу до максимально обширных слоев, мечтая, что она перестанет считаться дорогим времяпрепровождением для элитной публики и он сумеет открыть ее обычным школьникам и обитателям кварталов бедноты.

Калифорнийский оперный театр, к примеру, каждый год устраивал на площадке в парке Йерба-Буэна-Гарденз бесплатные оперные концерты с раздачей угощений, а также закатывал ежегодное народное пиршество в парке Голден-Гейт, отмечая таким образом осеннее открытие нового оперного сезона. И то и другое мероприятия гостеприимно встречали всякого пришедшего и казались Эвану самыми волнующими из всех концертов, где он когда-то бывал задействован: ведь как раз там оперу слушают самые широкие массы населения! В этом году он непременно снова примет в них участие.

Здесь, в Британии, он хотел бы видеть то же самое, но, поскольку в этой стране, похоже, не хватает денег даже на то, чтобы навести чистоту в больницах, борьба за финансирование проекта явно ожидается нелегкой. И в самом деле, разве люди чувствуют, что жизнь их обнищала, коли они ни разу в жизни не бывали на постановке «Турандот»? Эван испустил протяжный вздох. И все же Ферн так поразительно сегодня отреагировала… Такие-то мгновения и подпитывали еще его надежды.

И пока их длинное черное авто медленно прокладывало себе путь сквозь плотный вечерний поток машин, Эван гадал, где сейчас может находиться Ферн, – и, уже в который раз, сам себе на это подивился. Слишком уж часто эта женщина стала занимать его мысли. Может, было бы неплохо, если бы она составила им сегодня компанию? Можно представить, как от этого бы забеспокоился Рупертов внутренний радар!

Перед внушительными чугунными воротами в начале Даунинг-стрит, которые отделяли публику от официальной резиденции премьер-министра, уже скопилась огромная очередь. Блестящая черная парадная дверь дома номер десять была маняще приоткрыта, однако те дни, когда эта самая публика могла спокойно к ней пройти, давно канули в Лету из-за маниакального радения о безопасности.

– Дальше нам так просто не проехать, – проворчал Руперт. – Известный ты или нет, все равно встанешь в одну очередь с прочими сливками, и тебе точно так же под мышками будет щекотать полицейский, шаря в поисках ствола.

Вслед за Рупертом Эван выбрался из лимузина. Тут же засверкали вспышками камер тучи папарацци, и певец великодушно помахал им рукой.

– И почему ты у нас не глава государства? Это, наверно, единственные люди, что могут сюда попасть без всей этой дребедени, – брюзжал агент. – В нынешние времена абсолютно никакого проку от того, что ты оперный певец.

И Эван, в сущности, не мог с ним не согласиться.

 

 

К тому же я уже сейчас чую, что моя новая работа будет доставлять мне массу удовольствий, так что очень не хочется так просто ее прошляпить. Например, сегодня я просто сижу и слушаю, как Эван берет урок вокала. Хотя, пожалуй, это не совсем корректно сказано: мне кажется, что человек, способный петь, как он, не нуждается уже ни в каких уроках. Интересно, у Мадонны тоже есть консультант по вокалу? Или у Джей Ло?

Увы и ах, единственное, наверно, что может быть у меня общего с Дженнифер Лопес, – так это впечатляющий попец!

Пока я слушаю Эвана, меня начинают одолевать разные соображения о том, что мне надо бы делать, дабы стать более заметной певицей.

Быстрый переход