— Никому я не нужна! — ныла Эффи.

— Еще как нужна! — сердечно заверил ее дядя. — Мисс Дент останется и присмотрит за тобой, правда же? Ну все, я убежал. Будь умницей! — И, подмигнув напоследок мисс Трант, он отбыл.

Эффи шмыгнула носом и принялась вытирать слезы.

— Чую, видок у меня тот еще. — Несомненно, так оно и было. — Присаживайтесь и чувствуйте себя как дома. Конечно, если у вас много дел, я не стану вас задерживать. Но если нет, я была бы очень признательна за компанию. Я совсем одна… боюсь, у меня от всех этих переживаний случится истерика. Я и так всю неделю сама не своя, а теперь это… Жаль, у Дядяртура спектакль, иначе бы он со мной остался. Он хороший, Дядяртур, и дом этот его. Верней, мы тут втроем живем: я, моя сестра Элси и Дядяртур. Еще мы сдаем комнаты артистам, потому что в нашей семье все были артисты, я и сама одно время играла, потом бросила, очень это тяжело для моей слабой психики, а Элси — она моложе меня и страшно талантлива — до сих пор выступает, ездит с концертной труппой. — Слова сыпались из нее непрерывным бурным потоком, пока сама она вытирала глаза и приглаживала волосы. Как ей удавалось говорить так быстро и так много сразу после истерики, оставалось загадкой.

— Мисс Грант… — опять начала она.

— Трант, — поправила ее леди.

— Ой, простите, пожалуйста! Конечно, Трант, конечно. Сперва я помнила ваше имя, но от всех этих волнений из головы вылетело… А мою фамилию вы знаете? Лонгстаф. — Она встала и посмотрела на себя в зеркало. — Перво-наперво мне надо привести себя в порядок. Я сбегаю наверх, если не возражаете. Снимайте шляпу, мисс Трант, устраивайтесь поудобней. Не хотите выпить чаю и перекусить?

— Вы ужасно любезны, — сказала мисс Трант, по-настоящему тронутая ее гостеприимством. Все-таки она не просто нагрянула в чужой дом, а фактически сыграла роковую роль в этом спектакле — разве не она привезла сюда миссис Типстед? Но Эффи почему-то не хотела ее отпускать, — возможно, сегодня вечером ей было необходимо выговориться. — Но я недавно пила чай и пока сыта, спасибо. — Вообще-то мисс Трант разумно подходила к питанию и уже задумалась об ужине.

— Так вы перекусывали днем, — сказала Эффи, — а в наших краях принято еще и полдничать. Правда, в этом доме ужин — большое дело, сейчас объясню почему. Видите ли, Дядяртур работает в театре и сдает комнаты людям своего ремесла, а они никогда не наедаются перед выступлением. Вот после — часов в десять или одиннадцать — им подавай плотный ужин, поэтому миссис Мур — она приглядывает за домом — уходит днем по своим делам, а вечером возвращается и готовит горячее.

— Странный образ жизни, — заметила мисс Трант. — Как же они после этого спят?

— А они не спят, в смысле, ложатся очень поздно. Зато по утрам высыпаются. А перед спектаклем никогда не едят, так-то. Взять хоть наших теперешних постояльцев — я их еще не видела, мне Дядяртур рассказал, что они опять приехали — «Четыре цыгана» — акробаты, не слыхали? — славные ребята — в общем, если они наедятся перед выступлением, то через десять минут можно вызывать «скорую», ей-богу. Дядяртур тоже не ест, говорит: «Дайте мне запеченных почек с мясом перед концертом, и с тем же успехом можете засунуть в тромбон кусок мыла». С набитым животом плохо играется.

— Понятно. Но вам-то голодать незачем, верно?

— Конечно! Тем более к ужину меня все равно сегодня не ждут.