Изменить размер шрифта - +
И все же дух истинного пиршества этому ужину придали мистер Мортон Митчем и миссис Джо. Их стараниями гостям показалось, что блюд было не четыре, а пятьдесят. Благодаря театральному гастрономическому азарту этих особ томатный суп, филе неизвестной белой рыбы, отварная баранина и ватрушки с черникой и яблоками превратились в лукуллов пир, а гостям мнилось, будто они кивают и улыбаются друг другу над горами запеченных павлинов и соловьиных языков. Все, кто видел, как мистер Митчем подливает миссис Джо вина из единственной бутылки бургундского, невольно вспоминали о старых лихих временах, когда знатные дамы и господа беззаботно прожигали жизнь, не думая о завтрашнем дне, хотя за окном для них уже сколачивали эшафоты. Когда мистер Митчем и миссис Джо поднимали бокалы, вы видели в них по меньшей мере наместника короля или генерал-губернатора и герцогиню Доркинга. Словом, играли они прекрасно.

Даже мистер Джимми Нанн ухитрился по-своему получить удовольствие от ужина. Его радовали не рыба, не суп и не хлеб, которых он есть не стал, а собственное воздержание. Стеная: «О, я даже смотреть на еду не могу — сплошная отрава!», он будто бы отказывался не от баранины и ватрушек, а от целого сонма лакомых блюд, от самой пиши богов. О своем желудке он отзывался как о крайне заносчивом и эксцентричном госте, которого пришлось взять с собой на праздник жизни. С меланхоличной гордостью на лице мистер Нанн крошил тосты и потягивал виски с содовой («Вина и пива мое нутро не потерпит»). Однако он нашел время на деловой разговор с мисс Трант: она кратко и весьма робко сообщила ему о своей относительной бедности и полной неосведомленности в вопросах театра.

— Если у вас есть в запасе две или три сотни фунтов, — сказал мистер Нанн, — то этого более чем довольно. Немного удачи — и вы мгновенно вернете вложенное, а уж потом деньги сами поплывут вам в руки, только успевайте считать. Позволю себе заметить, мисс Трант, будь у меня хоть половина этой суммы, я бы сам с радостью стал их антрепренером. Раз я держусь за этих ребят, стало быть, я в них верю. Я бы мог хоть завтра получить другой такой же ангажемент, если не лучше, потому что я опытный и известный артист. Иной разя зарабатывал вдвое больше, чем в «Штучках-дрючках», и для меня это не предел. Ну-ка, что это вы едите? Черничный пирог? Эх, везет же! Я уже забыл его вкус… — Он глубоко вздохнул.

— Вы немного потеряли, мистер Нанн, — прошептала мисс Трант. — Пирог не очень хорош. Тесто слишком толстое и твердое.

— А на вид — райское кушанье, — посетовал он. — Словом, повторюсь: я верю в эту труппу. Мы все верим, и будь у нас деньги, мы бы прекрасно обошлись без всякого антрепренера, работали бы по принципу раздела прибыли. Вы знаете, что это такое?

— Разумеется! — воскликнула мисс Трант. — Я, конечно, невежда, но не настолько!

— Простите, простите. Я не хотел вас обидеть, мисс Трант.

— Что вы, я ничуть не обиделась! — Она хихикнула и уже тише добавила: — Итак, я должна расплатиться с долгами труппы…

— Вы не обязаны, — вставил мистер Нанн. — Вы за них не в ответе. Но это было бы замечательно, потому что так мы сможем вернуть весь наш реквизит.

— Да-да. Итак, на мне долги, жалованье артистов и, насколько я понимаю, текущие расходы. — Она говорила очень деловито и никак не могла этому нарадоваться.

— Да, любые расходы, связанные с концертной деятельностью, — кивнул мистер Нанн. — Железнодорожные билеты, плата за багаж и все, что может потребоваться для подготовки номеров: особые костюмы, реквизит для трюков и прочее. Но костюмы для индивидуальных номеров артисты шьют за свой счет.

Быстрый переход