Изменить размер шрифта - +
Она поступает с ними по справедливости и ждет от них того же. Мальчики и девочки живейшим образом выражают свое согласие, и мистер Джернингем, чьей главной целью было привлечь внимание к собственной персоне, изящно дает понять, что согласен работать на прежних условиях.

— И какие у нас планы, Джимми? — осведомляется мистер Брандит тоном, который вновь напоминает всем, сколько храбрых сердец уснуло в пучине. — Опять начинаем сначала, верно?

— Я как раз хотел об этом сказать, Джозеф, — сообщает ему мистер Нанн. — Сперва об этом, а потом о репетициях. Репетировать надо так, будто мы впервые друг друга видим. Согласны? Вот как я рассудил — должен заметить, мисс Трант изъявила желание, чтобы я ставил спектакли и вообще всем заправлял, покуда она не набьет руку, — давайте останемся в Роусли и начнем репетиции.

Мальчики и девочки дружно стонут, потому что Роусли им порядком надоел.

— Это местечко, — замечает Джо, — кого хочешь с ума сведет.

— Согласен. Понимаю ваши чувства, — продолжает Джимми. — Я бы сам сел в первый же поезд и укатил подальше отсюда, однако не забывайте, мисс Трант не возит с собой всю казну. На небольшой взнос у нее хватит, но потребуется время, прежде чем поступит основная сумма. А мы должны расплатиться с долгами перед отъездом. И еще, на этой неделе зал в нашем распоряжении, мы можем там репетировать, да и на следующей, если приплатим фунт или два, утром и днем зал будет наш. Следующую договоренность мы уже отменили, так что у нас есть два-три дня на репетиции, прежде чем мы двинемся в Сэндибэй, — прогоним новую программу. Ну, как вам такой план? А, еще! Надо изменить название. Прежнее мисс Трант не нравится, да и вообще, лучше начинать с чистого листа — глядишь, и удача нам улыбнется. У кого-нибудь есть идеи?

Артисты предлагают несколько названий, каждое из которых, как с блеском доказывает миссис Джо, уже встречалось раньше — «так все себя называют, все кому не лень». Мистер Джо Брандит (в этот знаменательный миг позволим себе назвать его Кортни) торжественно предлагает назваться «Простачками», поскольку это «звучно» — однако его идею тут же освистывают. Его жена откапывает где-то «Дуэний», признается, что не помнит, кто это такие, зато словечко явственно отдает опереттой. Ее задумку без дальних слов отклоняют. Мистер Мортон Митчем предлагает воскресить «Валлахов» — так называлась труппа, которую он обучал то ли в Шимле, то ли в Бангалоре в пятом году. Его идея также не находит одобрения, и мистер Митчем поднимается из-за стола («Такое чувство, — замечает мисс Дин, — что он бесконечный»), внушительно прочищает горло, хмурит громадные брови на тех, кто еще болтает, и говорит:

— Мисс Трант, леди и джентльмены. Пока мы все ломаем голову над подходящим названием для труппы, я предлагаю — как предлагал по разным поводам на самых разных континентах — э-э… выразить свое почтение, то есть выказать благодарность хозяину этого вечера, моему другу и вашему новому коллеге, мистеру Иниго Джоллифанту. Нам с мистером Джоллифантом выпало… э-э… несколько любопытных приключений, мы вместе прошли и плохое, и хорошее. А познакомились мы… э-э… при весьма необычных обстоятельствах, как мистер Джоллифант, несомненно, помнит. — Он умолк, и все уставились на Иниго. Последнему даже начало казаться, что они с Митчемом в самом деле исколесили вместе земной шар. Эпическое воображение Митчема поистине завораживало. — Сразу после нашего знакомства я назвал мистера Джоллифанта труппером, добрым труппером. Те из вас, кто не знаком с… э-э… трансатлантической театральной сценой, возможно, впервые слышит это слово.

Быстрый переход