Она не могла поверить, что удача улыбнулась ей.

— Вы случайно не имеете в виду… не может быть, чтобы это был Солнечный домик?!

— Вы о нем знаете, да?

— Я всегда восхищаюсь им, когда прохожу мимо. Мне однажды дали розочку из сада этого дома, и она стояла у меня в вазе, пока лепестки не завяли.

— Так, тогда через несколько дней ты сможешь нарвать столько роз, сколько пожелаешь. И можешь жить в Солнечном домике столько времени, сколько захочешь. Я прослежу, чтобы ты получила ключ как можно скорее.

— Не знаю, как вас и благодарить.

— Не надо меня благодарить. Для меня главное — твое счастье.

Люси наклонила голову, выражая свое безграничное уважение и почтение.

— Вы очень добрый человек, мистер Уорвик.

Он расплылся в кривой улыбке и покачал головой.

— Немногие так думают. Сколько у меня друзей, столько и врагов. Как однажды я уже говорил, я был очень суровым, строгим и требовательным надзирателем.

— Может быть, я знаю вас намного лучше, чем другие люди. — Она была уверена в этом. В нем чувствовались доброта и великодушие, а остальное ее не интересовало.

В его глазах потух огонек, и он угрюмо ответил:

— Дай бог, моя дорогая, дай бог. — Он снова начал шагать по комнате взад и вперед. — Можно задать тебе вопрос? Очень личный вопрос! — В подтверждение этого он стал жестикулировать рукой. — Я не хочу тебя обидеть.

— Какой вопрос?

Дэниэл остановился, глубоко дыша и раздувая ноздри.

— Жена сказала мне, что мой сын влюблен в тебя. Я не думаю, что для тебя это неожиданность, потому что каждая женщина знает, когда мужчина влюблен в нее. Я не прав? — Но он не ждал ответа на свой вопрос, а продолжал говорить дальше: — Ты однажды сказала о близкой дружбе с Ричардом. Могу я спросить, насколько у вас близкие отношения? Другими словами, ты отвечаешь взаимностью на его чувства?

— Нет. И он это знает, а я осведомлена о его чувствах. — Ее голос задрожал. — Я любила другого. И никто не сможет заменить его.

Дэниэл был удовлетворен ее ответом и раскаивался, что причинил ей боль.

— Прости меня. Я расстроил тебя. Я забочусь о тебе так же, как и о своем сыне. Он еще слишком молод и не разбирается в сердечных вопросах, и мог заверить тебя в серьезности своих намерений, но он еще совсем мальчишка. — Это была единственная уважительная причина, в которую она могла поверить, и он старательно делал на ней акцент. Он вспомнил, как много лет назад так же ссылался на заботу, когда пытался предостеречь Кейт от его брата, потому что, еще сам того не осознавая, хотел, чтобы она принадлежала лишь ему одному. В любом случае остальные причины были оставлены без внимания, может быть, он относился к ней как к своей собственности? Он надеялся, что это было не так, и взглядом нашел лицо Люси. — Я не хочу, чтобы ты страдала. Пусть лучше я лишусь жизни, чем тебе будет больно.

Девушка покраснела и снова побледнела. Она не могла определить его отношения к ней. Он не пытался соблазнить се, хотя при первой встрече отреагировал на нее так же, как и многие мужчины.

— Я ценю вашу заботу.

Дэниэл улыбнулся, и она улыбнулась в ответ, внезапно почувствовав, что они отлично друг друга понимают. Он решил, что намек на его планы не повредит ситуации.

— Джош Бартон и «Железнодорожная компания» не возьмут над нами верх, — сказал он. — Мы продолжим бороться и не сдадимся.

— Вы приободрили меня, — сердечно заявила она.

После того как Дэниэл ушел, она сразу же отправилась предупредить Эмми о своем решении выехать из комнаты и нашла ее, сидящую за столом и попивающую пиво вместе с Беном, который, увидев девушку, встал из-за стола, демонстрируя свои хорошие манеры и воспитанность, чего Люси от него совсем не ожидала.