Важнее Минни для Марии никого не было. Это явилось для нее настоящим открытием. Итак, она потеряла мужа, зато приобрела ребенка. Но если ей удастся сохранить Минни, она не будет сетовать.

Мария вступила в новый период жизни. Принц более не властен над ней. Когда-то она любила его больше всех на свете, но теперь у нее на первом плане была Минни.

ТАИНСТВЕННОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ В СЕНТ-ДЖЕЙМССКОМ ДВОРЦЕ

В тысяча восемьсот девятом году Шарлотте исполнилось тринадцать лет.

— Еще один год, — заявила она Мерсер, — и я перестану быть ребенком.

— Ну, это, — ответила Мерсер с присущим ей благоразумием, — будет зависеть от того, насколько большие успехи вы сделаете в своем развитии за предстоящий год.

Шарлотта была уверена, что дружба с милой Мерсер как ничто другое способствует ее развитию и взрослению. Общаясь с Мерсер, помыслы которой столь высоки, и с миссис Адней, отличавшейся довольно низменными наклонностями, девочка пыталась узнать жизнь с разных сторон, считая, что это совершенно необходимо, если человек хочет составить себе о ней полное представление.

Однажды — дело было в феврале — Мерсер, приехав к Шарлотте, сообщила, что театр на Друри-Лейн сгорел дотла. Это было ужасное несчастье.

— Бедный мистер Шеридан! — вздыхала Мерсер. — Мне так его жаль. Он такой блестящий, умный человек! Но театр, по крайней мере, был застрахован на случай пожара, за что я, право, благодарна судьбе. Я слышала, что парламент выразил мистеру Шеридану свое сочувствие, и уверена, ему окажут помощь в строительстве нового театра.

От этого события Мерсер перешла к разговору о головокружительной карьере Шеридана и о том, как он сотрудничал с мистером Фоксом. Фокс был одним из любимых героев Мерсер. Шарлотте он тоже, естественно, нравился, и она радовалась, что ее отец обожал Фокса.

— Шеридан — хороший виг, — изрекла Мерсер. В ее устах это была высочайшая похвала. — И лучший писатель своего времени. Политиков у нас много, но говорят, что никто не может писать пьес, как Шеридан. Но, пожалуй, он правильно делает, что не бросает политику. Гораздо важнее вести людей правильным путем, чем пытаться их позабавить.

Шарлотта горячо одобрила ее слова — как, впрочем, одобряла все, что говорила Мерсер.

Мерсер была прекрасно осведомлена о том, что творилось в мире. Она взволнованно обсуждала подвиги Наполеона, свободно выражала свое мнение и учила Шарлотту быть хорошим вигом.

Дружба с Мерсер привела к тому, что Шарлотта теперь с нетерпением дожидалась того момента, когда ей можно будет появляться в свете, посещать оперу или театр. Мерсер считала, что Шарлотте давно надо было позволить туда ходить. За исключением некоторых, особых, случаев. Пожалуй, не следовало бы присутствовать на открытии нового театра в Ковент-Гардене. Он открылся, как рассказала Шарлотте Мерсер, постановкой «Макбета». Мистер Кембл называл адрес театра, но стоял такой шум, что его никто не услышал. Нет, в Ковент-Гарден принцессе ходить не пристало, однако слушать оперы она вполне могла бы. Мерсер выразила опасение, что принцесса получает не совсем разностороннее образование. И заявила, что попытается исправить эту оплошность.

Именно Мерсер рассказала принцессе о дуэли между мистером Каннингом и лордом Кастельро. Они дрались потому, что благородный лорд узнал о нелестных высказываниях Каннинга в свой адрес: дескать, он не справляется со своими должностными обязанностями.

— А как они дрались? На пистолетах? — вскричала Шарлотта, глядя на подругу округлившимися от изумления глазами.

— Именно так, — ответила Мерсер. — Пуля мистера Каннинга попала в пуговицу лорда Кастельро, а лорд ранил противника в ногу.

— Бедный мистер Каннинг! Надеюсь, он не умер от потери крови.