Луиза Льюис, стоявшая рядом с кроватью, сказала, обращаясь к миссис Гагариной:

— Вам нельзя утомляться. Лучше поспите.

— Да, — добавила Шарлотта, — вам нужно спать, а я не даю уснуть. О, дорогая Гаги, поправляйтесь! — Она опустилась на колени перед кроватью, взяла руку миссис Гагариной и горячо ее поцеловала.

Луиза положила руку принцессе на плечо, Шарлотта встала на ноги и, наклонившись над миссис Гагариной, нежно поцеловала ее в лоб. А потом вышла на цыпочках вместе с Луизой в соседнюю комнату.

— Она умирает, Луиза? — спросила девушка.

— Угасает, — ответила Луиза. — Но какое-то время еще побудет с нами.

— Я привыкла считать, что она будет здесь вечно. И думала, что когда стану королевой, подарю ей собственный дом... и вы будете там тоже жить, Луиза.

— Я знаю, моя дорогая, но наши планы не всегда осуществляются. Порой происходят перемены.

— Перемены... — пробормотала Шарлотта. — Перемены повсюду. Где миссис Адней? Я ее уже давно не вижу.

Луиза поджала губы.

— Значит, — вздохнула Шарлотта, — она тоже ушла. Полагаю, это дело рук моей бабушки. Луиза, я боюсь, что она попытается навязать мне другую гувернантку. Но я не соглашусь! Я буду непреклонна.

Луиза промолчала, не понимая, как Шарлотте удастся противостоять натиску королевы и принца-регента. Они, конечно же, решили взять ее в оборот. Принцесса подрастает, а ведь она всегда считала, что в один прекрасный день ей суждено стать королевой...

— Наверное, в жизни всегда бывают перемены, — пробормотала Шарлотта. — Это немного грустно. Миссис Адней... больше здесь не будет. Я уверена, что она ушла. Но мне ничего не сказали. А должны были бы сказать! Она же прислуживала мне! Хотя на самом деле я не знаю, грустить мне или радоваться. Я ее недолюбливала, но она вносила разнообразие в мою жизнь, передавая сплетни, принося карикатуры и все такое прочее. А теперь она ушла и даже не попрощалась. Мама говорит, я слишком взрослая, чтобы иметь гувернантку, и что люди вроде Броугхема и Уитбреда помогут мне получить независимость и все, что мне полагается по праву. Луиза, хотите, я вам скажу кое-что? Мерсер приедет меня навестить.

— Но ваш отец запретил ей приезжать.

— Да, но я выросла и не понимаю, почему мне нельзя самой выбирать себе друзей.

— О, дорогая, позаботьтесь о том, чтобы вас никто не увидел.

— Я позабочусь, но о другом: о том, чтобы со мной больше не обращались как с ребенком!

— Мерсер! — Подруги обнялись. — Как прекрасно, что мы увиделись. Ваши письма служили мне таким утешением! А как вы смело поступили, что приехали сюда.

Мерсер пожала плечами, давая понять, что Шарлотта ей льстит.

— Я не думаю, что регент будет на нас очень сердиться, если узнает. Сердце у него доброе, и, наверное, он иногда сожалеет о том, что запретил нам встречаться.

Шарлотта засияла от удовольствия. Это случалось всякий раз, когда при ней говорили о достоинствах ее отца.

— Да, — горячо поддержала она подругу. — В глубине души он добрый.

— Итак, — сказала практичная Мерсер, — теперь точно известно, что леди Клиффорд уходит со своего поста. Она попала в немилость, и хотя бедняжка надеется, что вы устроите сцену и будете умолять ее остаться, в известных кругах ее отставка уже является делом решенным.

— Как хорошо, что вы это выяснили!

— Я получила эти сведения из разных источников, и высказываются предположения, что вашей следующей гувернанткой станет герцогиня Лидс.

— Герцогиня Лидс!

— Она кроткая женщина и не станет докучать вам.